Традиции романтизма в романе А.С. Пушкина «Капитанская дочка»

XII Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

Традиции романтизма в романе А.С. Пушкина «Капитанская дочка»

Мартынов А.С. 1
1ГАОУ Губернаторский Многопрофильный Лицей Интернат для одарённых детей Оренбуржья
Щербакова Е.К. 1
1ГАОУ Губернаторский Многопрофильный Лицей Интернат для одарённых детей Оренбуржья
Автор работы награжден дипломом победителя III степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Введение

Творчеству А.С. Пушкина, его роману «Капитанская дочка» посвящено немалое количество научных монографий и статей. Но по-прежнему актуальным является вопрос о том, как с опорой на литературную традицию создавались гениальные произведения русской литературы. Сопоставив роман А.С. Пушкина «Капитанская дочка» с романом В. Скотта «Роб Рой», а также с повестью оренбургского писателя А.П. Крюкова «Рассказ моей бабушки», можно понять некие закономерности литературного процесса, рассмотреть вопрос о традиции и новаторстве, а также о том, как «областные культурные гнезда» способствуют появлению шедевра.

Актуальность темы нашего исследования продиктована следующими фактами: перспективностью рассмотрения условий создания гениальных произведений классики, созвучием современной эпохе проблем сосуществования власти, радения за благополучие народа, чести и предательства.

Объектом исследования явились романы А.С. Пушкина «Капитанская дочка», В. Скотта «Роб Рой», повесть оренбургского писателя А.П. Крюкова «Рассказ моей бабушки».

Предмет настоящего исследования – романтические традиции в романе А.С. Пушкина «Капитанская дочка».

Целью исследовательской работы является выявление романтической традиции в произведении А.С. Пушкина, для чего проводится сопоставление трех вышеуказанных текстов на уровне идеи, композиции, системы героев.

Для достижения поставленной цели определены следующие задачи:

– выявить общие черты в романах А.С. Пушкина «Капитанская дочка» и В. Скотта «Роб Рой» на идейно-тематическом, характерологическом уровнях;

– выявить общие черты в романах А.С. Пушкина «Капитанская дочка» и А.П. Крюкова «Рассказ моей бабушки» на идейно-тематическом, характерологическом уровнях;

– сопоставив произведение Пушкина с гениальным произведением английской литературы и одновременно с повестью оренбургского автора, обосновать, почему «Капитанская дочка» является реалистическим романом.

Научная новизна: обобщено сходство «Капитанской дочки» А.С. Пушкина с «Роб Роем» В. Скотта, «Рассказом моей бабушки» А.П. Крюкова – произведениями романтизма.

Теоретическая значимость: обоснованаважность проблемы понимания литературного процесса как сложного и многогранного явления, создание произведения в котором обусловливается традициями как мировой, так и областной российской литературы.

Практическая значимость данного исследования состоит в том, что его результаты могут быть использованы на уроках литературы, литературного краеведения, ввиду того, что «Капитанская дочка» А.С. Пушкина и «Рассказ моей бабушки» А.П. Крюкова были созданы на оренбургском материале.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения.

Общие черты в романах А.С. Пушкина «Капитанская дочка» и В. Скотта «Роб Рой»

Время первой трети ХIХ века в России характеризовалось бурным проявлением общенационального самосознания, движением литературной мысли от романтизма к реализму. Во многом этот движение было обусловлено литературной деятельностью А.С. Пушкина. Он стремился создать в своих произведениях жизненно достоверные картины, показать человека во взаимодействии с его окружением, роль истории, человека в обществе. Не случайно в его романах и повестях на первый план выходят такие проблемы, как проблема сильного, мужественного человека («Арап Петра Великого», «Капитанская дочка» и др.); проблема «лишнего человека» («Евгений Онегин»); проблема «маленького человека» («Станционный смотритель» и др.) и т.д.

Интересно, что для создания реалистического романа «Капитанская дочка» А.С. Пушкин использовал романтическую интригу В. Скотта. Точка зрения его на положение дворянина Петра Гринева была того же рода, что и у В. Скотта на судьбу Фрэнсиса Осбалдистона: «роковое сцепление обстоятельств доводит честного, кажущегося поначалу безвольным человека до положения, юридически квалифицируемого как «государственная измена». Но он еще не изменник» [9, с. 191]. Сюжет «Капитанской дочки» частично повторяет сюжет романа Вальтера Скотта, где особое место занимает образ благородного разбойника.

Сходство двух произведений, романа «Роб Рой» англо-шотландского писателя Вальтера Скотта и «Капитанской дочки» А. С. Пушкина, нередко отмечалась в критической литературе. Однако сказать, что она совершенно очевидная, было бы преувеличением. «Роб Рой» был написан намного раньше «Капитанской дочки» и вдохновил великого русского гения начать работу по написанию своего романа. Сам Пушкин в письме своему брату признавался, что «Вальтер Скотт – это пища души», а позднее в своей статье говорил, что «Скотт увлёк за собой целую толпу подражателей. Но как они все далеки от шотландского чародея! В век, в который хотят они перенести читателя, перебираются они сами с тяжелым запасом домашних привычек, предрассудков и дневных впечатлений» [4]. Возможно, именно к такой категории текстов относится и «Рассказ моей бабушки» А.П. Крюкова, знакомство с которым помогло гению русской литературы понять российскую глубинку (оренбургскую), где происходило восстание Пугачева.

В «Капитанской дочке» заметны отголоски англо-шотландского романа. Сюжет имеет множество сходных элементов, мотивов, и даже главная тема у двух авторов похожа. Александру Сергеевичу была интересна эпоха восстания Емельяна Пугачева (1773–1774 гг.), а Вальтеру Скотту – время народного недовольства, бесправия, творимого якобистами в Шотландии в 1875 году. Также нельзя не отметить сходство героев Пугачева и Роб Роя, они оба представлены не как просто разбойники и бандиты, а как жертвы обстоятельств, которые заставили их пойти на рискованный шаг.

В первый раз Пугачев предстает Гриневу таким образом: «Наружность его показалась мне замечательна: он был лет сорока, росту среднего, худощав и широкоплеч. В черной бороде его показывалась проседь; живые большие глаза так и бегали. Лицо его имело выражение довольно приятное, но плутовское. Волоса были обстрижены в кружок; на нем был оборванный армяк и татарские шаровары...» [5, с.243]. Это портрет Пугачева-бродяги до того, как он провозгласил себя царем Петром III (глава II «Вожатый»).  

Народ в книге «Роб Рой» всячески поддерживает Джозефа Кэмпбелла, потому что считает его заступником и единственным защитником от коварной бюрократической машины Англии. Кэмпбелл, разбойник из гор Шотландии, который происходит из древнего клана МакГрегоров и который смог сплотить вокруг себя целую армию преданных людей, описан так: «Итак, я смотрел недружелюбно на первого шотландца, с каким мне довелось повстречаться в обществе. Многое в нем соответствовало моим прежним представлениям: у него были жесткие черты лица и атлетическое сложение, характерные будто бы для его соотечественников, и говорил он с шотландской интонацией, медлительно и педантично, стараясь избегать неправильностей речи и неанглийских оборотов. Я мог отметить также свойственную его племени осторожность и проницательность во многих его замечаниях и в его ответах на вопросы. Но неожиданным было для меня его самообладание и тон превосходства, которым утверждал он свое верховенство в той среде, куда его забросил случай. Его одежда была хоть и прилична, но до крайности проста; а в те времена, когда самый скромный человек, притязавший на звание джентльмена, тратил крупные деньги на свой гардероб, это указывало если не на бедность, то на стесненность в средствах» [7, с.72].

Слова Марины Цветаевой о сходстве Пугачева у Пушкина с романтическими образами зарубежных писателей можно отнести и к Роб Рою. Но если Роб Рой – исключительно романтический образ, то образ Пугачева – это уже не дань эпохе романтизма, он очень реалистичен, это «живой человек», «живой мужик» – так характеризуется герой в книге «Мой Пушкин страница [8, с.100–101].

Интересно, что главные герои двух книг являются личными повествователями и пишут мемуары, будучи старыми. Даже исходя из этого факта видно, что Пушкин следует романтической  традиции В. Скотта: «В таком способе не было ничего нового» [3, с. 447], оба текста близки в жанровом плане [3, с. 447].

Обозначив общие черты в описаниях двух разбойников, необходимо сказать об общих чертах главных героев Фрэнсиса Осбалдистона и Петра Гринева. Они оба молоды, оба имеют хорошее образование, но обладают скудным жизненным опытом: главный герой Пушкина – юноша, которого отец отправляет на службу в Оренбург, а герой шотландского писателя был отправлен на перевоспитание к своему дяде.  

Отрицательные персонажи Швабрин и сэр Рэшли тоже имеют множество схожих черт. Они оба некрасивые внешне, но очень умны и одарены способностью к быстрому обучению и приспособлению к окружающей среде, оба владеют оружием и влюблёны в главных героинь, хотя и скрывают это, оба соперничают с главными персонажами.

Главные героини двух романов Мисс Вернон и Маша Миронова имеют за плечами восемнадцать лет жизни, обе хороши как внешне, так и внутренне, но, пожалуй, на этом их сходство заканчивается. С.М. Скибин в своей статье подчеркивает, что портрет Маши дан, скорее, условно: «оценочное описание внешности почти отсутствует» [6, с.9]. «Тут вошла девушка лет осьмнадцати, круглолицая, румяная, с светлорусыми волосами, гладко зачесанными за уши, которые у нее так и горели...» [5, с. 249], – так описывает Марью Ивановну А. С. Пушкин. Иначе выглядит аристократка, гордая красавица Диана Вернон в романе Вальтера Скотта: «То была юная леди с замечательными чертами лица, вдвойне прелестного от возбуждения, сообщенного ему охотничьим азартом и быстрой ездой. Под нею была красивая лошадь, сплошь вороная, только на удилах белели клочья пены. Всадница была одета в довольно необычный по тому времени костюм мужского покроя, получивший впоследствии название амазонки» [7, с.107.]. Если Диана – романтическая красавица, то Маша Миронова – характер реалистический, национальный.

Итак, общих черт в сюжете, описаниях внешности и характеров романов великого шотландца и великого русского, действительно, немало. Однако проблематика двух романов, их идейный замысел, безусловно, различаются. А.С. Пушкин показывает быт бедной оренбургской крепости, не только дворян, но и выходцев из крестьянского сословия (пример этому – капитан Миронов), людей простых, и проблемы, с которыми они сталкиваются: «Пушкин, проводя простых людей через ужасы русского бунта <…> сумел обнаружить в русском человеке высокие качества национального характера. Через такое очищение в огне пугачёвщины проходит и Маша Миронова» [6, с.7]. В свою очередь, Вальтер Скотт большое внимание уделяет самой настоящей аристократии, к которой принадлежат его главные герои. И хотя в «Роб Рое» есть место и описанию быта шотландских горцев, скорее, это другой мир, в целом чуждый аристократическому.

Общие черты в романе А.С. Пушкина «Капитанская дочка» и повести А.П. Крюкова «Рассказ моей бабушки»

Пушкин, подобно Шекспиру, гениально развивает замыслы многих своих предшественников. Так, он не только обращается к скоттовской традиции, но и использует для написания исторического романа тексты своих современников. Аксаковский «Буран» помог ему создать свой буран, а романтическая повесть «Рассказ моей бабушки» оренбургского писателя А.П. Крюкова способствовала и осмыслению сюжета и бытовой обстановки романа. И в «Капитанской дочке», и в «Рассказе моей бабушки» раскрываются темы бунта, любви.

В обеих книгах в центре внимания – маленькая деревянная крепость. В «Капитанской дочке» – Белогорская, в «Рассказе моей бабушки» – Нижнеозерная. «Деревушка, окруженная бревенчатым забором» [5, с.246] – вот описание крепости у А.С. Пушкина. И охраняют ее совсем не мощный гарнизон. «Подходя к комендантскому дому, мы увидели на площадке человек двадцать стареньких инвалидов, с длинными косами, в треугольных шляпах» [5, с. 249].

Похожее описание встречаем у А.П. Крюкова: «Мало того, что Нижнеозерная была так хорошо обгорожена, в ней находились две или три старые чугунные пушки, да около полсотни таких же старых и закоптелых солдат, которые хотя и были немножко дряхленьки, но все-таки держались на своих ногах, имели длинные ружья и тесаки – и после всякой вечерней зари – бодро кричали: «С богом, ночь начинается». Хотя нашим инвалидам редко удавалось показывать свою храбрость, однако же, нельзя было обойтись без них» [2, с. 177].

Объединяют два текста еще и расстановка персонажей и любовная тема. Маша Миронова и Настя Шпагина находятся в одинаковой ситуации: их родителей убивают бунтовщики, женихи сражаются за стенами крепости, они прячутся в домах слуг и скрывают свои имена. Обе девушки скромны и добродетельны. Однако в случае с Настей больше описываются ее страдания, переживания, страхи, это типичная романтическая героиня, а Маша – образ эпичный, монументальный.

Похожи образы Петра Гринева и капитана Шпагина. Это представители мелкого служилого дворянства, вышедшие из низов простые, патриархальный люди, скромные в делах, но верные родине и государю твердые характеры. А. П. Крюков описывает Шпагина так: «Это был молодой драгунский офицер, недавно прибывший в Нижнеозерную с отрядом драгун для подкрепления нашего дряхлого гарнизона. Несколько раз случалось мне его видеть то на улице, едущего на бодром коне, то в церкви, то сквозь замочную скважину в комнате моего батюшки — и сердце мое всякий раз говорило, что он самый бравый, самый любезный молодой человек. Всего более нравились мне в нем его мужественная осанка, высокий и стройный стан, черные глаза и черные кудри, которые в старину почитались первыми красотами в мужчине» [2, с.180].

Если в «Рассказе моей бабушке» о Пугачеве только упоминается, а главные герои – его приближенные Хлопуша и Топорик, то в «Капитанской дочке» он присутствует собственной персоной и ни в какое сравнение не идет с похотливым, зверски жестоким Хлопушей, мечтающим завладеть Настей. «Хлопуша для того только, казалось, и жил, чтобы меня мучить. Он непременно требовал, чтобы я всегда находилась при буйных попойках разбойников – и мне должно было повиноваться. Сколько ни старалось бабушка-мельничиха укротить его мрачное своевольство, все ее старания, просьбы, брань, угрозы были бесполезны. <…> Он так запугал меня своими ужасными ласками, что при одном появлении его я теряла все душевные и телесные силы и трепетала от ужаса» [2, с.194].

Повесть А.П. Крюкова уникальна тем, что никто еще так правдиво и увлекательно не показывал оренбургскую действительность, быт и нравы. Интересно, что в его романтическом произведении пугачевцы – отрицательные персонажи, а писательское понимание бунта схоже с пушкинским. Безусловно, замысел А.С. Пушкина был сам по себе грандиозным – исторический роман, поэтому и художественные образы в нем более емкие и эпичные. Пушкин боролся за конкретное, правдивое осмысление русской истории, проводя параллели с современной ему эпохой.

Заключение

Итак, сходство романа А.С. Пушкина с романом Вальтера Скотта и повестью А.П. Крюкова в большей степени жанровое и обусловлено романтической традицией, хотя важно отметить то, что «Капитанская дочка» – абсолютно новое, национальноепроизведение.

А.С.  Пушкину «Рассказ моей бабушки» А.П. Крюкова помог представить обстановку бедной оренбургской крепости, увидеть одну из сторон крестьянского бунта – жестокость и разнузданность, понять, как тяжело жить человеку в переломное время.

Благодаря «Роб Рою» В. Скотта А.С. Пушкин размышляет о более высоких материях – о долге и дворянской чести, которые всегда волновали писателя.

Удивительно, что писателю удалось с опорой на романтическую традицию создать произведение реалистическое, репрезентирующее историю в новом свете. Писатель боролся за конкретное, правдивое осмысление русской истории, проводя параллели с современной ему эпохой, вступая в диалог одновременно с мировой и краевой литературой.

Список использованной литературы

Гуляев В.Г. К вопросу об источниках «Капитанской дочки» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://feb-web.ru/feb /pushkin/ serial/v39/v39-198-.htm – 14.04.2021.

Крюков А.П. Рассказ моей бабушки // Оренбургский край в произведениях русской литературы и фольклора: Хрестоматия по литературному краеведению для 5–8 классов / сост. А.Г. Прокофьева, В.Ю. Прокофьева. – Оренбург: Оренбургское литературное агентство, 2003. – С. 154–204

Лесскис Г.А. Пушкинский путь в русской литературе. – М.: Художественная литература, 1993. – 526 с.

Панфилов А.Ю. Пушкин и Вальтер Скотт [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://zhurnal.lib.ru/p/panfilow_a_j/vscott.shtml

Пушкин А.С. Капитанская дочка // Пушкин А.С. Сочинения. В 3-х т. Т.3. Проза. – М.: Худож. лит., 1987. – С.232–331.

Скибин С.М. За что Марье Ивановне такая честь? Значение образа капитанской дочки в «Капитанской дочке» А.С. Пушкина // Литература в школе. – 2017. – №1. – С.6–10.

Скотт В. Роб Рой. – М.: Изд-во Эксмо, 2019. – 512 с.

Цветаева М. Мой Пушкин. – Челябинск, Южно-Уральское книжное издательство, 1978. – 189 с.

Якубович Д. Капитанская дочка и романы Вальтера Скотта [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://feb-web.ru/feb/pushkin/ serial/v39/v39-165-.htm – 14.04.2021.

Просмотров работы: 38