ПРИЧАСТИЯ БУДУЩЕГО ВРЕМЕНИ

II Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

ПРИЧАСТИЯ БУДУЩЕГО ВРЕМЕНИ

Ломакина Е.В. 1
1
Колесниченко О.А. 1
1
Автор работы награжден дипломом победителя III степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Оглавление

Введение…………………………………………………………………..3

  1. Причастие как часть речи…………………………………………….4

  2. Субстантивация как способ словообразования причастий…...........7

  3. Выводы……………………………………………………………….11

Введение.

Язык и время – извечная проблема исследователей-лингвистов. Язык живет во времени, но и время отображается в языке. Язык меняется и это эволюционное качество заложено в нем самом. Изменения наблюдаются на всех языковых уровнях. Одной из причин трансформирования грамматического строя языка является переход слова из одной части речи в другую, разновидностью которой является субстантивация.

Актуальность исследования. Субстантивация причастий – процесс достаточно древний. Субстантивы встречаются уже в Библии (Идущий за мою… будет крестить вас Духом Святым и огнем; Имеющий уши, да услышит).

Ленгвисты всегда стремились к углубленному познанию языка (как к объекту изучения) и тех явлений, которые анализировались на протяжении длительного времени. В последнее время все чаще поднимается вопрос о возможности образования причастий будущего времени. Ими заинтересовались филологи разных поколений: М.Я. Гловинская, К.А. крапивина, В.В. Шаповал, М.Н. Эпштейн.

Цель исследования:изучения нового вида субстантивированных причастий – будущего времени.

Задачи исследования:

- развит умение отбирать и систематизировать материал для наблюдения;

- изучить употребление в речи причастий будущего времени;

- рассмотреть исторические аспекты образования причастий будущего времени;

- совершенствовать навыки работы с научной и справочной литературой.

  1. Причастие как часть речи.

Причастие – гибридная глагольно-адъективная форма, которую в школьной традиции рассматривают как особую глагольную форму. Причастия соединяют признаки глагола и прилагательного, выражая значение процессуального признака предмета[1]. Глагольные признаки причастий:

  1. Сохраняется характер глагольного управления (например: мечтать о свободе – мечтающий о свободе);

  1. Сохраняется вид соответствующего глагола;

  2. Причастие располагает двумя залоговыми формами (в соответствии с двухзалоговой концепцией) – действительного и страдательного залога (например: разрешивший – действительный залог, разрешенный – страдательный залог);

  3. Причастие имеет две временные формы – настоящего (любящий, любимый) и прошедшего (любивший) времени.

Все глагольные признаки у причастий являются постоянными, переменные признаки – это признаки прилагательного: род, число, падеж, полная или краткая (у страдательных причастий) форма и соответствующая им флексия в предложении – сказуемое или определение.

Причастия настоящего времени образуются от глагольной основы настоящего времени с помощью суффиксов -ущ-/-ющ, -ащ/-ящ- - действительные причастия, суффиксов -ем-, -ом-, -им- - страдательные причастия. Причастия прошедшего времени образуются от основы с инфинитивной основой. При этом для образования действительных причастий используются суффиксы -вш-, если основа оканчивается на гласный ( например: слыша-ть – слыша-вший) или -ш-, если основа оканчивается на согласный (например: принес-ти – принес-ший). При образовании страдательных причастий прошедшего времени к глагольной основе присоединяются суффиксы -нн-, если основа оканчивается на гласный, кроме /и/ (например: развеша-ть – развеша-нный), -енн, если основа оканчивается на согласный или /и/, причем в последнем случае /и/ выпадает (например: подстрели-ть – подстрел-енный, принес-ти – принес-енный), -т- - для образования причастий от некоторых глаголов непродуктивных классов с основами на и-, ы-, о-, а также от глаголов IV продуктивного класса (например: сши-ть – сши-тый, промы-ть – промы-тый, заколо-ть – заколотый, поверну-ть – поверну-тый). Начальной формой причастия, как и прилагательного, является именительный падеж единственного числа мужского рода.

Общей чертой употребления причастий является то, что они составляют принадлежность книжной речи. Это объясняется историей причастий.

Основные разряды причастий относятся к элементам литературного языка, заимствованным из старославянского языка, что сказывается на ряде их фонетический особенностей, например в наличии щ в причастиях настоящего времени: текущий, горящий, которым соответствует прилагательные текучий, горячий, представляющие собой по происхождению древнерусские причастия, а также в наличии у ряда причастий перед твердым согласным под ударением е, тогда как в глаголах, от которых они образованы, при этих же условиях имеется ё (о): пришедший, но пришёл, изобретший, но изобрёл, расцветший, но расцвёл.6

Связь причастий со старославянским языком в XVIII в. отмечается Ломоносовым, который в своей «Российской грамматике» о нескольких разрядах причастий разъясняет, что они употребляются только от славянских глаголов и недопустимы от русских. Так, он пишет: «Действительного залога времени настоящего причастия кончающихся на -щий, производятся от глаголов Славянского происхождения: венчающий, пишущий, питающий; а весьма не пристойны от простых Российских, которые у Славян неизвестны: говорящий, чавкающий». То же отмечается им относительно страдательных причастий настоящего времени «От Российских глаголов, у Славян в употреблении не бывших, произведенные, например: трогаемый, качаемый,мараемый, весьма дики и слуху несносны», и относительно причастий прошедшего времени действительного залога: «… например, брякнул,брякнувший, нырнул, нырнувший, весьма противны»[2]. При этом Ломоносов отмечает и большую уместность причастий для высоких стилей речи, указывая, что они «приличнее полагаются в риторических и стихотворческих сочинениях, нежели в простом штиле, или в просторечии».

В настоящее время, через два столетия после Ломоносова, ограничений в образовании причастий от чисто русских глаголов, чуждых старославянскому языку, не сохранилось. И демонстрируемые Ломоносовым примеры недопустимых причастий не создают того впечатления оскорбления языкового чутья, о котором он говорит с такой категоричностью, и вполне допустимы. Основные разряды полных причастий являются продуктивными и без труда образуются от любых глаголов, в том числе от новообразований (яровизирующий, яровизировавший, яровизируемый). Наименее распространены страдательные причастия настоящего времени, но и они у некоторых типов глаголов продуктивны (засоряемый, формируемый, хранимый) и непродуктивны лишь с суффиксом -ом-(несомый, ведомый, искомый).

Но и в настоящее время, во-первых, причастия являются принадлежностью литературного языка (они отсутствуют в диалектах); во-вторых, они почти не встречаются в разговорной речи.

Вопреки запретам академической и школьной грамматики, они существуют. "Сделающий, сумеющий, пожелающий, увидящий, прочитающий..." Отнесенность к будущему - важный признак настоящего. Причастия будущего времени органичны для русского языка, и только консервативная лингвистическая мораль мешает их употреблению.

  1. Субстантивация как способ словообразования причастий.

В 60-80-е гг. ХХ века внимание исследователей по проблеме субстантивации концентрировалось в основном на грамматической сущности явления, способах словообразования (и.Г. Голанов, Е.А. Земская, Н.М. Шанский).

В последние годы явление субстантивации становится предметом исследования многих диссертационных работ. Однако до сих пор существуют разные взгляды на субстантивацию как способ словообразования, не до конца решенными остались многие проблемы и ряд вопросов остается дискуссионными: нет единого взгляда на природу субстантивированных слов, не рассматривался вопрос субстантивации причастных оборотов.

На рубеже двух тысячелетий необходимо подвести итоги достигнутого по проблеме «Причастие в русском языке», определить направление и путь дальнейшего исследования.

Часто поднимающаяся тема причастий будущего времени периодически обсуждается на лингвистических форумах, соответствующие вопросы поступают в справочные службы русского языка.

До сих пор у нас рассматривались только лексические новообразования на тему времени. Но и в области грамматики не прекращается развитие языка, разумеется, более медленное. Лучшее, что мы можем сделать для языка, - это освободить его от искусственных запретов, легализовать то, что язык никогда не прекращал делать "исподтишка". Одна из самых назревших перемен в грамматическом законодательстве - это допущение причастий будущего времени.

Есть ли в современном русском языке такие слова, как "сделающий", "сумеющий", "успеющий, "увидящий", "прочитающий", "придущий", "пожелающий"? Можно привести немало примеров причастий будущего времени из вполне достойных источников русской словесности:

Святитель Филарет Московский: ...Kак жалок человек, уже посетившую его силу света удержать не сумеющий!

Старец Паисий: Бог даровал мне прекрасный домик в столь красивом месте, что позавидуют многие богатые, пожелающие иметь такой для отдыха.

Николай Рерих, "Истоки": Но ведь во многих местах фольклор уже не сохраняется; разве где он попал в недвижные отделы музейные и лишь случайно на него наткнется музыкант или писатель, пожелающий оживить эти пергаменты и свитки.

Псалмы, 117:26: Благословен придущий во имя Господне! (также Мат.21:9; Мар.11:9; Лук.19:38) (в прежних переводах - "грядущий").

Причастия будущего времени регулярно и продуктивно используется в современном русском языке. В частности, в интернете, где "отклонения от нормы" менее подвержены редакционному контролю. Поисковая система Google находит 88 случаев употребления причастия "пожелающий", 70 - "сделающий", 45 - "увидящий", причем эта статистика относится только к форме мужского рода единственного числа именительного падежа.

Нужно отметить, что причастия будущего времени в современном языке встречаются во всех стилистических контекстах: научном (Современная наука ждет нового Энштейна, откроющего единый закон всех четырех физических взамиодействий), литературном (я стану женой рыцаря, сумеющего приручить дракона, или не выйду замуж никогда, - топнула ножкой принцесса), официально-деловом (Издательство, опубликующее этот роман, может получить изрядную прибыль, но будет вынуждено затратить ее на судебные издержки), публицистическом (Индия, занимающая третье место… среди крупнейших мировых экономик и скоро станущая самой населенной державой мира, заключила, что, чтобы занимать должное место в мировых делах, она должна стать членом ядерного клуба) и неофициальном общении пользователей Интернета (Наверное, так же прямо его писатель посмотрит в глаза скоро придущей смерти [3]; Багиров рассчитывал, что когда-нибудь он провернет крупное дело, и в карман ляжет сумма, сделающая его достаточно самостоятельным и независимым от воли родителей [4]).

Однако с точки зрения господствующей грамматики, таких словоформ нет и быть не может: они представляют собой запретную, "репрессированную" категорию "причастий будущего времени".

Заглянув в современные учебники русского языка, мы найдем такие твердые формулировки: "причастия имеют формы настоящего и прошедшего времени, у них нет форм будущего времени"; "в отличие от глаголов, причастия не имеют будущего времени"; "форма причастия будущего времени отсутствует".

В современном литературном языке не употребляются формы д е й с т в и т е л ь н ы х причастий на -щий от глаголов с о в е р ш е н н о г о вида (со значением будущего времени), 'вздумающий составить', 'попытающийся уверить', 'сумеющий объяснить'. Д. Э. Розенталь

При этом не приводится никаких убедительных доводов против причастий будущего времени. Я буду благодарен грамматистам, сумеющим объяснить, почему так нельзя говорить.

Возможно, логика запрета такова. Причастие сочетает свойства глагола и прилагательного: действие, совершаемое предметом, выступает как признак этого предмета. "Читающий" - то лицо, признаком которого является действие "читать". Нельзя определять предмет через то, что он не делает или сделал, а только будет делать.

Но эта логика крайне уязвима, особенно с учетом того, что греческий язык, по модели которого во многом была создана грамматика древнеславянского, имеет причастия будущего времени. Есть причастия будущего времени и в санскрите, и латыни, и в эсперанто, и в идо, и в языке "Авесты" (начало 1-го тыс. до н. э.). Почему будущее действие не может служить признаком предмета, ведь потенциальные признаки столь же важны, как и актуальные? Культура, как единство и взаимодействие времен, не может обойтись без потенциальных признаков как определительных для явлений настоящего. Само слово "культура", латинское "cultura" - это причастие будущего времени от глагола colere, "возделывать", "обрабатывать", "ухаживать", "заботиться", "взращивать", "воспитывать".

Все мы носим на себе метки своего будущего, своих возможностей. То, что студент прочитает книгу, хотя бы и предположительно, выделяет его среди тех, кто не прочитает. То, что политик исполнит свои обещания, хотя бы и предположительно, выделяет его среди тех, кто не исполнит.

Выводы

В запрете на причастия будущего времени, быть может, сказывается недоверие традиционной культуры к будущему и возможному, заниженный, по сравнению с прошлым и настоящим, логико-грамматический статус будущего, как определительного для вещей. Запрет этот существовал не только в советскую эпоху, но видимо, и раньше. Иначе Вадим Шершеневич не провозглашал бы в своем имажинистском манифесте 1920 года:

Необходимо, наконец, создать причастие будущего по принципу: придущий, увидящий, прошумящий. "Моефамильепрошумящий веками" - вот образец аграмматической фразы подлинно поэтической речи.

Призыв Шершеневича, насколько мне известно, остался без отклика, но потребность в причастиях будущего осталась. Недавно поэтесса Ольга Седакова призналась: "мне не хватает в русском языке причастия будущего времени или чего-то вроде герундия". И порою она к этой форме прибегает, например "это блюдце воды, прочитающей расположенье планет". Как и Феликс Кривин: "А Цирротаума, никогда не видавший света и никогда его не увидящий, светится, светится..." Как и Виктор Пивоваров, пишущий о Генрихе Сапгире: "моральный человек без морализма. Легко, естественно не сделающий зла".

Не только поэзии, но и речи в целом не хватает причастий будущего времени, тем более, что современный язык предоставляет удобные грамматические формы для их образования. Те же самые суффиксы "-ущ-" ("-ющ-"), "-ащ-" ("-ящ-"), которые служат для образования причастий настоящего времени, могут использоваться и для образования причастий будущего времени, - но уже от глаголов совершенного вида ("сделать, суметь, увидеть, прочитать...").

Вопрос о причастиях будущего времени дискуссионен, но это явление - уже реальный языковой факт нашего времени, и признание форм будущего времени причастий нормой – вопрос недалекого будущего, а доказательством этого является все увеличивающаяся частотность употребления их во всех стилях языка как в причастных оборотах, так и субстантивированных их форм, например: Найдущий потерянный мобильник с брелком «сердечко» просим позвонить по телефону… (из объявления); Не пройдущиедиспансеризацию не будут допущены к работе (из объявления); прочитающий от корки до корки весь энциклопедический словарь не обязательно станет эрудитом; Пожелающие хорошо отдохнуть в Турции могут обращаться в турбюро по адресу… (из объявления) [5].

Список литературы.

  1. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т.З.М., 1955, с.459

  2. А. Н. Гвоздеев. «Очерки по стилистике русского языка».

  3. Режим доступа:http://www.zaslavsky.ru/rez/vahtangov2.htm/

  4. http://lib.ru/RUSS_DETEKTIW/BONDAR_A/dog.txt_Piece40.01/

  5. Режим доступа: http://www.veer.info/59/dar_fut_partic1.html

  6. Меликян В.Ю. Очерки по синтаксису нечленимого предложения / В.Ю. Меликян. – Ростов н/Д., 2001.

  7. Чернега Л.В. Субстантивация причастий в диахроническом и синхроническом аспектах / Вестник ТГПИ, гуманитарные науки, спец. Выпуск № 1, 2011.

  8. Высоцкая И.В. Синкретизм в системе частей речи современного русского языка / И.В. Высоцкая. – М., 2006.

13

Просмотров работы: 1001