ЗНАКИ И СИМВОЛЫ ВЕПССКОГО ТАНЦА

II Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

ЗНАКИ И СИМВОЛЫ ВЕПССКОГО ТАНЦА

Слепов Д.А. 1
1
Алексеева С.В. 1Самусева Т.Л. 1
1
Автор работы награжден дипломом победителя II степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

 ВВЕДЕНИЕ

Тема работы: Знаки и символы вепсского танца

Актуальность темы работы заключается в том, что сейчас поднимается вопрос о возрождении культуры малых народов России, в том числе – вепсов. Возрастающее внимание к изучению истории этой финно-угорской народности Северо-запада России позволит сохранить самобытность и индивидуальность вепсской культуры.

Сегодня стало привычным и ни у кого уже не вызывает удивление многообразие существующих форм передачи информации, главным средством осуществления которых являются знаки.

Человек живёт в мире знаков, пользуется знаками и в определённых ситуациях сам является знаком.

Танец, прежде всего, требует прямого общения. Его носителем и посредником является сам человек, а инструментом выражения - человеческое тело, естественные движения.

Для танцев всегда было характерно обязательное смысловое наполнение. Каждая фигура танца имела своё значение, символизирующее определённое действие, событие. Общий рисунок танца народ черпал из окружающей природы, в «золотом» узоре танца «просвечивают» силуэты листьев, цветов, птиц, животных. Гроздья поспевающей калины, трава, склоняющаяся под ветром, качающиеся берёзки, колосья пшеницы, листочки льна, летящие птицы...

Изучение народной хореографии вепсов позволяет более глубоко понять истоки многих традиций и узнать, что хотели нам сказать предки языком танца.

Для танцев всегда было характерно обязательное смысловое наполнение. Каждая фигура танца имела свое значение, символизирующее определенное действие, событие. Общий рисунок танца народ черпал из окружающей природы, в «золотом» узоре танца «просвечивают» силуэты листьев, цветов, птиц, животных. Гроздья поспевающей калины, трава, склоняющаяся под ветром, качающиеся берёзки, колосья пшеницы, листочки льна, летящие птицы...

Цель работы: проанализировать вепсский танец с точки зрения знаков и символов.

Объект исследования: вепсский танец

Предмет исследования: знаки и символы вепсского танца

Задачи работы:

  1. Рассмотреть развитие вепсского танца в культурно-историческом контексте.

  2. Выявить отличительные черты танцевальной вепсской культуры.

  3. Рассмотреть основные элементы танцевального языка вепсов.

  4. Проанализировать вепсский народный танец с помощью знаков и символов.

При написании работы были использованы следующие методы научного исследования:

сравнительный метод;

метод изучения;

аналитический метод;

описательный метод.

В ходе написания работы были изучены общие работы по теории и истории народной танцевальной культуры таких известных ученых как А.А. Климов, изучающего танцевальную культуру народов Севера; балетмейстера К.Я. Голейзовского, Фокина М.М. и др.

Также при написании работы были изучены монографии ученых, занимающихся исследованием истории и культуры вепсского народа: Винокуровой И.Ю., Мальми В.Г. и других.

Данная работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы и приложений.

ГЛАВА 1

Этническая история и культурное становление вепсов

Вепсы один из коренных малочисленных народов Северо-запада России финно-угорскойгруппы уральской языковой семьи. Расселены в юго-восточной части территории, расположенной между тремя крупнейшими северными озерами - Онежским, Ладожским и Белым (область Межозерья). В настоящее время живут на юго-западном побережье Онежского озера (Вепсская Национальная волость Карелия), и в сопредельных районах Ленинградской (Подпорожский. Лодейнопольский, Тихвинский и Бокситогорский) и северо-западных районах Вологодской (Бабаевский и Вытегорский) областей.

В Ленинградской области разрыв связей между отдельными группами вепсских поселений произошел из-за многочисленных изменении районных границ, которые проводились без учета обитания здесь вепсской народности. Существующая сейчас в области структура районного деления сложилась после очередной реорганизации в 1965 г. [1, С. 23].

Вепсов разделяют по диалектным особенностям речи. Выделяют тридиалекта: северный, средний и южный. Носителями северного диалектаявляются прионежские вепсы, среднего - оятские, шимозерские, белозерские, а остальные — южного. Существенных различий между диалектами мало и представители разных диалектов свободно общаются друг с другом.

Внешне вепсы мало отличаются от карел и окружающего их русского населения. Антропологи их относят к восточно-балтийскому типу беломорско - балтийской расы, выделяемой в рамках большой европеоидной расы.

Как полагают, вепсы являются потомками племени весь [12, С. 35]. Первое упоминание о Vas, Vasina содержится в хронике Иордана и относится к VI веку н. э. К тому времени весь, видимо, уже обитала в Межозерье. Недавно обнаруженные на восточной окраине Межозерья в юго-западном Белозерье археологические памятники VI—XIII вв. отнесены к древневепсским. Веси — вепсам, по мнению большинства исследователей, принадлежит яркая и богатая культура Европейского Севера (погребальные памятники-курганы конца X—начала XIII вв.). Найденные в могильных курганах скандинавские украшения и оружие указывают на торговые связи местного коренного финно-угорского населения с Западом. Помимо этого, вепсы поддерживали связи с жившими восточнее народами - родственными им коми-зырянами и мерей.

С конца Х в. -до начала XII в. древняя Весь расширялась в восточном и северном направлениях и достигла восточного берега озера Ладоги. Вскоре после этого название "Весь" исчезает из русских летописей, из чего русские историки прошлого века сделали вывод, что весь постигла та же участь, что и мерю и мурому, т. е. они растворились среди русского народа. Однако вепсский народ продолжал и дальше жить на своих традиционных территориях, где ему удавалось успешно сохранять свои особенности и этническую самостоятельность. Вследствие русской колонизации южная часть населённого вепсами края к началу XI в. оказалась заселённой по преимуществу русскими. Из-за постоянно возраставшего бремени феодальных повинностей и принудительного обращения в православную веру многие вепсы бежали на север и северо-восток в течение всего XV в. и даже позднее. Большинство из них приняли участие в этногенезе других народов. Смешение прибалтийско-финского населения с восточными славянами представляет собой один из важнейших периодов формирования этих народностей в единую русскую нацию. Движение русских переселенцев достигло более северных земель вепсов в XIV-XV вв. Поселения исконно финно-угорского населения превратились в небольшие островки среди многочисленных новых русских сёл и деревень. Летописная весь, которая не дошла в своём развитии до образования самостоятельного государства, постепенно превратилась в осколок некогда существовавшего народа, у которого уже не осталось сил на созидание своей собственной истории.

Вепсы традиционно были земледельцами, использовали систему подсечного земледелия, а также важное значение в этом богатом рыбой и пушным зверем крае имели рыболовство и охота. В начале XVI в. один путешественник свидетельствовал, что в окрестностях города Белозерска жители говорят по-вепсски, но большинство из них понимает и по-русски. В начале XVIII в. царь Пётр Великий основал железоделательные и оружейные заводы близ Онежского озера (Петрозаводск). Вепсы познакомились с фабрично-заводским трудом. До этого они славились и как искусные бродячие ремесленники (резали по камню и дереву, делали глиняную посуду, плели лапти).

У вепсов не сохранилось эпических поэм, и учёным-фольклористам удалось записать у них лишь относительно небольшое количество народных песен. Национальное самосознание у вепсов выражено в слабой степени, их ассимиляция с русскими находится на весьма продвинутой стадии, т. к. образ жизни, занятия, вероисповедание, обычаи и т. д. давно уже одинаковы у обоих народов. Весьма сильно и влияние русского языка, которое проявляется в выговоре и в бесчисленных заимствованиях. Носители вепсского языка в настоящее время почти без исключения двуязычны. Ассимиляцию вепсов в Ленинградской и Вологодской областях сильно ускорило сселение так называемых неперспективных деревень. К сожалению, поселения, признанные перспективными, зачастую таковыми не являлись, ибо не могли обеспечить переселенцев даже жильём, поэтому основной поток вепсов устремился в города.

Таким образом, этническая история веси была весьма сложной. Весь — вепсы сталкивались со многими этносами, испытывали при этом различные воздействия и сами оказывали влияние на них и, несмотря на значительные «потери» в связи с миграциями и участием в этногенезе других народов, они сохранились как самостоятельная народность на своей территории.

Сегодня мы с уверенностью можем сказать, что сохранение самобытности и национального своеобразия коренных народов, этнокультурных обрядов и традиций, уважения к своему этносу, бережное отношении к своей истории и культуре – это путь к возрождению и приумножению наследия малочисленных народов. Так, с каждым годом участников и зрителей областных праздников, посвященных коренным народам, проживающим не только на территории Ленинградской области, но в других областях становится все больше и больше.

Каждое лето (июль) в Лодейнопольском районе Ленинградской области в деревне Вонозеро и Тервеничи проходит традиционный праздник национальной вепсской культуры «Энарьне ма», в переводе с вепсского – Вонозерская земля. В нем принимают участие коллективы художественной самодеятельности из Карелии, Подпорожья, Лодейного Поля, Тихвина. В программе праздника: традиционный аукцион, вепсский рукопашный бой, выставка изделий декоративно-прикладного искусства, оятская кадриль.

С 1987 года ежегодно, в июне, проходит традиционный вепсский фольклорный праздник-фестиваль «Древо жизни», символизирующий связь поколений, ежегодно проходит в местах традиционного проживания вепсов трех регионов – Республике Карелия, Ленинградской и Вологодской областях. Это укрепляет и развивает сотрудничество вепсов не только в области их этнокультурного развития, но и в вопросах жизнедеятельности и жизнеобеспечения народа.

Символом праздника было избрано Древо жизни – в религиозных и мифологических представлениях многих культур символ священного дерева, связывающего прошлое, настоящее и будущее, символ вечной жизни, образ вепсской культуры, возрождающейся и сохраняемой поколениями.

ГЛАВА 2

Формирование вепсской танцевальной культуры

Танец любой страны или даже маленькой девушки на ее территории является отражением культурного, политического, экономического и духовного уровня развития населяющих ее людей, показывает богатство и разнообразие их вкуса и способствует развитию культурного обмена между странами. Это может показаться странным, но отдельно взятый танец, может многое рассказать о своем регионе, откуда он родом, о характере деятельности людей населяющих его, об их традициях, быте, о географическом местоположении этого региона, о климате, о религиозных особенностях, об уровне образования населения, об экономическом положении, можно даже узнать о наличии водоема в тех местах и т.д. Это прямо указывает на то, что танец это не только развлечения, но и серьезная наука, тесно связанная с психологией человека, отображающее его философию и мировоззрение, показывающая развитие интеллектуального уровня человека.

Народные танцы в большинстве своем, будучи краткими, немногословными, показывали целые пласты народной жизни в разные исторические эпохи.

Развитию хореографии Севера, в частности вепсов, способствовало его географическое положение: соседство с Карелией и Финляндией, с одной стороны, торгово-экономические связи с ней, влияние России, с другой, - все это сказалось на притоке сюда готовых танцев. Однако это влияние не было настолько сильным, чтобы вепсы отказались от собственной хореографии.

Все заимствованное со стороны перерабатывалось до такой степени, подчиняясь местной манере исполнения, что танцы вепсов мы сейчас воспринимаем как оригинальные.

Как феномен культуры танец является одним из древнейших естественных проявлений человека. С момента возникновения человечества он выражал всю палитру человеческих эмоций и чувств, играя важную социальную роль, неся в себе смысловые коды, ритуально закреплённые и передаваемые последующим поколениям, и являлся важнейшим средством невербального общения. Истоки танца - в подражании природе, животным, в обрядовых и магических ритуалах. У человека всегда существовала потребность в пластичности движений, в том числе связанных с областью отношений между полами. Необходимо отметить, что древнейшие формы обрядовых танцев, зародившиеся при первобытнообщинном строе, уже имели чёткое деление на мужские и женские. В их формировании ведущую роль играли физические и физиологические отличия мужского и женского организмов и сформировавшееся на этой основе первичное разделение труда и социальных функций.

Женские обрядовые танцы отражали семантику женского культа и имели широкий смысл: «в период материнско-родового строя с образом женщины в своих исходных формах были связаны обряды огня и продолжения рода, растительных сил природы и размножения животных, охотничьей удачи. Танцы плодородия воспевали плодовитость женского тела, поэтому основу танца составляли различные виды колебательных и вращательных движений корпуса, живота и бёдер. Это не только способствовало развитию гибкости и координации, но и имело жизненно необходимое значение для продолжения рода.

Если женские танцы подчёркивали близость к Земле-матери, то мужские обрядовые танцы чаще всего были построены на энергичных движениях вверх и вперёд. Широко распространённым явлением были танцы, связанные с культом плодородия и воспроизводства жизни.

Существует версия, что с помощью искусства человечество обучалось Грамоте - правильному поведению на планете и Законам мироздания. Каждую букву можно было станцевать или изобразить в виде пантомимы (см. Приложение).

Знак, движение, поза как система букв, самипо себе ничего не означают без осмысления, без вкладывания в них танцором определённого смысла, идеи, чувств, настроения, состояния.

Итак, специфика танцевального языка заключаетсяв отсутствии слова, что является его достоинством,благодаря которому развивается пластическая выразительность движений и воплощаются состояния, словутруднодоступные или недоступные совсем. ЕщёМ. Фокин отмечал, что «иногда танец может выразитьто, что бессильно сказать слово» [16, С. 214].

Отсутствие слова делает невозможным в танце прямое выражение мысли, поэтому танец «…воплощает мысль косвенно, опосредованно, при этом мысль сколь угодно глубокую», – пишет К. Голейзовский [9, С. 12].

Таким образом, язык танца как основа хореографии рождает собственное значение, воплощает интеллектуальное содержание, идейные концепции не в

меньшей мере, чем любые другие бессловесные искусства. Танец достигает этого своим особым способом, не претендуя на выражение мысли, заключён-

ной в речи. Он раскрывает идеи через передачу внутреннего смысла чувств и событий танцевального действия через элементы танцевального языка.

Танец – большая часть культурного достояния народа. Рассматривая танец в контексте культуры, сохраняющей национальные духовные ценности, мы отмечаем, что знаки и знаковые системы в культуре выполняют роль идеальных образов и символов, хранят знания, которые составляют совокупный исторический опыт.

ГЛАВА 3

Анализ вепсского народного танца с помощью знаков и символов

Танцы вепсов имеют четыре историко-стилевых пласта:

  • пляски,

  • игры и хороводы,

  • кадрили и ланчики,

  • поздние парно-массовые танцы.

Пляски

Слово «плясать» – от слова плескать – хлопать в ладоши.

Пляски вепсов за последние века имели периоды спада и подъема, связанные с изменениями в образе жизни этноса, в том числе под влиянием старообрядчества. Современные пляски вепсов в определенной мере отражают элементы и манеру древних культовых плясок.

Вепсы были язычниками и поклонялись силам природы, что и отразилось в некоторых мужских плясках, в которых сохранились подражательные животному миру элементы.

Медленное вышагивание прямыми в коленях ногами – это подражание журавлю. В древности журавль являлся у вепсов тотемной птицей. До сих пор сохраняется запрет на убийство журавля и употребление в пищу мяса, отступление от которого по народным убеждениям обязательно влечёт беду. Представления вепсов о журавле тесно связаны с плодородием, расцветом природы, сменой сезонов. Различные факты народной культуры являются неопровержимым доказательством существования у вепсов в древности верований о превращении души человека после его смерти в птицу. Надмогильные сооружения в виде вырезанных из дерева птиц - обычное явление старых южновепсских кладбищ. В соответствии с ним находится и поныне бытующий у вепсов обычай поминовения предков в виде кормления птиц на могилах [7, С. 58-63].

Пляска с отведёнными назад на манер растопыренных крыльев прямыми руками, прямым корпусом и высоко поднятой головой - «хождение петухом».

Петух у вепсов считался глашатаем наступления благоприятного времени: дня и света, когда появляется солнце и исчезают тёмные силы. Вепсы сохранили слабые отголоски представлений о связи петуха и солнца. Важной чертой петуха считалась его способность криком победить нечистую силу. Такое представление нашло отражение в ритуале перехода в новый дом у вепсов на Ояти. Там было принято переселяться на новое место ночью сразу после петушиного крика, разгоняющего нечистую силу. Этот мотив довольно часто встречается в вепсских сказках: человеку угрожает опасность со стороны темных сил (разбойников, колдунов и т.д.) и он может спастись только в том случае, если продержится до крика петуха. Петух мог отогнать всякую скверну не только своим криком, но и клювом и крыльями. Упоминания о петухе, отгоняющем болезнь с помощью золотого клюва и серебряных крыльев, часто можно встретить в вепсских лечебных заговорах [7, С. 348 - 362].

Корвальские мужчины в плясках и прионежские (мужчины и женщины) вепсы в танцах подражают сидящему волку. Волк, по представлениям вепсов, - символ вражды, агрессивности, нападения, войны. У вепсов были известны обережные обряды от волков. Так, в вепсском Прионежье осенью небольшая группа мужчин трижды обходила деревню и била в колотушку, чтобы разбойники и волки не пришли в деревню. Отношение к волку и обыгрывали вепсы в своих танцах и играх.

Повсеместно распространены пляски ряженых под печную заслонку при обходе дворов в святки. Редкие языческие праздники обходились без кулачного боя.

Широко распространён в мужских и женских плясках шаркающий шаг на приспущенных коленях. Он является подражаниями скольжению змеи по земле. Болота же кругом, поэтому и ступают осторожно. Змея в вепсской мифологии имеет противоречивую характеристику. С одной стороны, змея имеет связь с жизнью, плодородием, деторождением, богатством; с другой, является воплощением зла, нечисти, причиной болезней и смерти, представителем мира мёртвых. Некоторые вепсские представления о змеях обнаружили сходство с бытующими у соседнего русского населения [6; 7, С. 153-184].

В настоящее время пляски исполняются в сопровождении гармоники, балалайки;под частушки, вокальные подражания наигрышам на гармонике. Игры, хороводы

Второй стилевой пласт традиционной хореографии вепсов представляет собой тип хороводов-шествий в колонну попарно под песни.

В последствии хороводы развивались, рисунки менялись, усложнялись. Например, есть такой хоровод, где держат ворота, а «хвост» в эти ворота проходит. Здесь ворота – Небесные Врата – символ радуги.Семантика хороводов глубока. Например, прохождения под воротами – это очищение.

Крууга – форма коллективных танцев-шествий цепочной или подобием колонны.

Крууги принято исполнять в сопровождении песен разнообразных по жанру и этнической принадлежности, позднее - и в сопровождении музыкальных инструментов. Некоторые современные крууги в начале XIX века были играми (см. Приложение).

Кадрили, ланчики

Кадриль – танец парный, с определённой композицией, обязательной для исполнения. Лансье (ланчик) - народный танец типа кадрили. Кадриль и лансье (ланчик) пришли к вепсам в конце XIX –начале ХХ веков из городской среды. В южном региональном стиле традиционным стал ланчик, завершаемый иногда кадрилью («боронить пошли»).

Кадриль начиналась с приглашения: парень подходил к девушке и приглашал её по имени отчеству. Такое обращение свидетельствовало об уважении к ней как представительнице своего рода и семьи. Если нарушен этот ритуал, то девушка имела право отказаться от приглашения.

«Пары выходят на сере­дину избы, и начинается кадриль. Эта кадриль танцуется несчётное количество раз в течение вечера под звуки тальянки или под песни, которые обычно поют девушки. Хотя деление на фигуры и есть, но антрактов между отдельными фигурами не соблюдается, и кадриль сливается в сплошной танец с неизбежным притопыванием и залихватским кручением пар. 20—30 кадрилей за вечер — это считается не так много» [8, С. 57].

Каждая фигура в кадрили начинается и заканчивается со своим кавалером. В кадрили мужчина всегда ведущий: он подкручивает барышню, поворачивает её, ставит на место, провожает и встречает. Кадриль могла длиться по три-четыре часа. Проплясав почти всю ночь с парнем в паре, девушка после танца должна была в соответствии с ритуалом поблагодарить его. Когда парень две-три вечёрки танцевал с одной и той же девушкой и она отвечала ему взаимным расположением, можно было засылать сватов. Считалось, что если пара складывается в танце, то и в жизни они будут дружны. Народный танец, отражает нравственные и моральные нормы, внутреннюю природу человека и его характер.

Прионежские вепсы исполняют кадриль с раздельными фигурами, сопровождая каждую из них собственной песней или наигрышем (редко). Оятские вепсы «ходят» четыре фигуры под одну мелодию, координирующуюся с несколькими поэтическими текстами, а заключительные - под собственные песни.

Во второй половине ХХ века инструментальное сопровождение кадрили на гармонике или балалайке вытеснило песни.

Иногда в перерыве между исполнением многочисленных кадрилей молодежь играла в жмурки (bukal vand). Парню и девушке завязывали глаза, разводили в разные концы беседкой избы и раскручивали. Они должны были найти друг друга. Если им удавалось это сде­лать, то они образовывали пару в следующей кадрили. За ними играли следующие участники [13, С. 102].

Поздние танцы вепсов

Среди поздних парных массовых танцев вепсам известны «казачок», «краковяк», «тустеп», исполняемые под частушки, плясовые песни («казачок» прионежеких вепсов), так и инструментальное сопровождение.

Интересно, что слово «танец» стало бытовать у вепсов с приходом бальной хореографии. Всемирно известный вальс, который в России стали танцевать с начала XIX века, у вепсов стал любим только к началу ХХ века. После революции, когда наши бабушки предпочли бесёдам танцы в клубе, получил распространение вальс.

Многое в вальсе было непривычным для вепсов [13, С. 15]. Он принес новое и в манеру поведения на танцевальных вечерах. Приглашали на вальс только юноши, это было перенесено и на прочие танцы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Фольклор - это ценнейшее культурное достояние народов, которое необходимо осваивать, любить, беречь. Глубинные истоки национальной культуры просматриваются прежде всего в крестьянских обычаях и установлениях, в силу большей сохранности устоев жизни сельского населения на протяжении веков, что содействовало консервации некоторых старых и даже древних элементов народного творчества.

Все жанры искусства имеют свой неповторимый язык, который не поддается дословным переводам. Танец не является исключением. Он не переводится на языки живописи, музыки, человеческой речи.

Суть танца можно понять из его происхождения. Истоки народной хореографии уходят в глубокую древность и берут начало свое из древних обрядовых действий, посвященных языческим богам. Они ярко отражают в себе отношение человека к природе и чувства человека как части природы, то есть его гармонию внутри себя и гармонию с окружающим миром. Именно гармония и порядок лежат в основе народного танца.

Знак – это метка, которой обозначается или выражается что-то. В танце много знаковых моментов. Знак конкретен, и, как правило, информационно однозначен.

Символ – тоже условный знак, призванный определять какое-либо обобщенное понятие. Символ, как и образ, информационно богаче, содержательнее, чем знак.

Танец, как орнамент, имеет свой код, расшифровка которого позволит прояснить многое в художественной жизни народов.

Хоровод – это самая древняя форма народной хореографии, имеющая круговую структуру. Рисунки в хороводе имеют символическое значение.

Пляска – еще одна форма народной хореографии. Она передает ощущения и обрядовые действия, связанные с жизнью самого человека (свадебный цикл, воинские традиции, охотничий и похоронный обряд). Пляска более моторна, более подвижна, имеет неравномерный ритм.

Народная парная пляска выражает взаимоотношение между мужчиной и женщиной. Это единение двух разных ипостасей, где встречаются знак мужской и знак женский. Мужской знак – это инициатива, активность, действие, напористость, а женщина – это ответ на мужскую реплику в танце. Женщина в танце является целью, к которой стремится мужчина. Все движения исполнялись строго и сдержанно - этика народной культуры не позволяла вольности!

Особенно ярко это заметно в кадрили – танце, полностью построенном на этикете взаимоотношений между мужчиной и женщиной. Расположение фигур в кадрили всегда близко, но на расстоянии.

Взяв у русской хореографии так много - вепс остался верен себе в строгой, сдержанной манере исполнения, твердой, определенной поступи. Гордо поднятая голова, прямая спина еще больше подчеркивают эту строгость. В характере вепсов бескомпромиссность, честность, доходящая до щепетильности, чистоплотность. Отсюда и в танце ничего лишнего, все графично четко и определенно. Он лучше 1000 раз повторит один и тот же знакомый шаг, чем плохо сделает новый.

Юноша не ведет девушку в танце, как России, а они крепко держатся друг за друга. Два гордых, два достойных один другого партнера. Танцуют они с таким же наслаждением, как ходят по грибы и ягоды, ловят рыбу, пекут рыбники и калитки.

Уникальна и самобытна история и культура вепсского народа, своими традициями в художественном творчестве, в языческих верованиях и т.д.

Традиционные вепсские танцы представляют собой культурные явления, направленные, в первую очередь, на адаптацию с природной окружающей средой и защиту социума от ее злых сил и привлечения на свою сторону добрых.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Административно-территориальное деление Ленинградской области. – Л.: Лениздат, 1973. – 303 с.

  2. Азовская Л.П. О верованиях вепсов//Этнография народов Восточной Европы. – Л., 1977. – С.140-152.

  3. Атитанова Н.В. Танец как смысловая универсалия: от выразительного движения к «движению» смыслов. – МордГУ, 2000. – 245 с.

  4. Басин Е.Я. Семиотика об изобразительности и выразительности. - М.: Искусство, 1965. - 234 с.

  5. Вепсы: Проблемы истории и культуры вепсской народности: Сборник статей. – Петрозаводск: Изд-во Карельского филиала АН СССР, 1989. – 172 с.

  6. Винокурова И. Ю. Вепсские заговоры от змей как источник для реконструкции мифологических представлений // Историко-культурное наследие вепсов и роль музея в жизни местного сообщества. Сб. науч. тр. по итогам науч. -практ. конф., посвящ. 40-летию Шелтозерского вепсского этногр. музея. 30-31 октября 2007 г. - Петрозаводск, 2008. - C. 196-205.

  7. Винокурова И.Ю. Животные в традиционном мировоззрении вепсов (опыт реконструкции) -Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2006. - 448 с.

  8. Винокурова И.Ю. Традиционные праздники вепсов Прионежья (конец XIX – начало ХХ в.). – Петрозаводск: Изд-во ПГУ, 1996. – 139 с.

  9. Голейзовский К.Я.Образы русской народной хореографии. - М.: Искусство, 1964. - 230 с.

  10. Древо жизни. Праздник вепсской культуры: Методические материалы. – Санкт - Петербург, 2003. – 220 с.

  11. Климов А.А. Основы русского народного танца. - М.: МГИК, 1981. - 270 с.

  12. Кочкуркина С.И., Линевский А.М. Курганы летописной веси Х – начала XIII в. – Петрозаводск, 1985. – 223 с.

  13. Мальми В.Г. Народные танцы Карелии. – Петрозаводск: Карелия, 1978. – 206 с.

  14. Махлина С.Т. Словарь по семиотике культуры. – СПб.: Изд-во Искусство – СПб, 2009. -752 с.

  15. Северная кадриль: Шесть танцев, поставленных народным артистом КАССР, заслуженным деятелем искусств РСФСР В.И. Кононовым./ Сост. Е.В. Смирнов. – Петрозаводск: Карелия, 1977. – 118 с.

  16. Фокин М.М.Против течения. - Л.: Искусство, 1981. –510с.

  17. Шилин А.И. Неизвестный русский танец: Заметки по русскому фольклорному танцу.// Народное творчество. – 2006. - №3. – С.12-16

Приложения

21

Просмотров работы: 1762