ИССЛЕДОВАНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ ДЕПОРТИРОВАННЫХ НАРОДОВ В АЛЕКСАНДРОВСКОМ РАЙОНЕ В 1940-1950-Х ГОДАХ.

II Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

ИССЛЕДОВАНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ ДЕПОРТИРОВАННЫХ НАРОДОВ В АЛЕКСАНДРОВСКОМ РАЙОНЕ В 1940-1950-Х ГОДАХ.

Гракович В.С. 1
1МАОУ СОШ №1
Кузнецова Ю.Е. 1
1МАОУ СОШ №1
Автор работы награжден дипломом победителя III степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
I.Введение.

Актуальность: История советского периода содержит значительное количество спорных малоизученных тем, к числу которых можно отнести и ссылку 1940-1950-х годов. В силу идеологической заданности и запретов на исследование, это явление советской действительности не могло быть полноценно изучено и оценено историками. Противоречия в данном исследовании возникают между декларированной национальной политикой государства и организацией социальной жизни государства фактически, имея серьезные отклонения от конституции.

Проблема: Проблемой данного исследования является ответ на вопрос: «Каковы особенности социальной структуры депортированных народов Александровского района в 1940-1950-х годах?»

Цель работы: Выявление и обоснование особенностей социальной структуры спецпоселенческих групп, находившихся в условиях принудительного поселения на территории

Задачи:

  1. Определит географическое размещение спецпоселенцев на территории Томской области.

  2. Выявить общее и особенное в правовом положении немцев Поволжья

  3. Охарактеризовать условия жизни спецпоселенцев и процесс их адаптации в местах ссылки.

  4. Определить масштабы и сферы трудового использования немцев в отраслях экономики района, государства в целом.

  5. Проанализировать архивные документы, периодическую печать.

  6. Провести анкетирование и зафиксировать воспоминания участников репрессивной политики советского государства.

Гипотеза: Особенности социальной структуры депортированных народов в Александровском районе определяется:

  • Географией размещения.

  • Условиями жизни спецпоселенцев и процесс их адаптации в местах ссылки.

  • Трудовое использование и роль спецпоселенцев в экономике области в целом и районе в частности.

Методология:

В данной работе использованы следующие методы:

Теоретические – интерпретация, метод понимания, анализ, синтез, сравнение, обобщение, ранжирование, моделирование.

Практические – контент-анализ, метод опроса, диагностическая беседа, интервью, анкетирование.

  • В книге «Мобилизовать немцев в рабочие колонны…И.Сталин», составленной доктором исторических наук профессором Н.Ф. Бугай, публикуются документы, раскрывающие трагические страницы истории немецкого народа в СССР. Не только депортация, но и принудительные мобилизации немецкого населения в 1940-е гг. в трудовые армии, рабочие колонны и батальоны оставили пагубный след в судьбе советских немцев. Представленные в сборнике документы, хранившиеся продолжительное время под грифом «совершенно секретно», воспоминания – это еще и бесстрастно зафиксированная летопись драматической истории немцев.

  • В книге «Земля Александровская» под редакторством Яковлева, опубликована информация о политических репрессий сталинского времени на территории Александровского района села Александровское, в которой показана географическое расселение немцев, условия жизни и их трудовое использование.

II. Депортация немцев на территорию Александровского района Томской области.

История немецкого народа СССР во многом печальна и трагична. Несмотря на поддержку политики советской власти в целом, немцы все же претерпевали многие незаконные притеснение, испытывали унижения, попрание конституционных прав. Особенно ощутимо это проявилось в 20-30-е гг., когда национальная политика все отчетливее приобретала ярко выраженный персонифицированный характер, что не могло не накладывать отпечаток и на жизнь немцев, проживавших не только в Республике немцев Поволжья, но и, дисперсионно, в других регионах СССР, в союзных республиках. Как известно, на начало войны 1941-1945 гг. в СССР проживало около 1,4 млн. граждан немецкой национальности. Как предвоенные годы, война, так и последующее время разбросали этот этнос, заметно сократилось его численность. Огромный ущерб был нанесен генофонду советских немцев, материальному благосостоянию и духовному развитию народа.

В истории нашей страны 1930 – 1950-е гг. были одними из самых трагических. Порождение тоталитарной системы того времени являлась принудительная высылка и подневольный труд, когда миллионы людей становились бесправной и бесплатной рабочей силой. Широко практиковалась во времена сталинизма депортация, то есть насильственное переселение с места исконного проживания больших групп людей и целых народов из европейской части СССР в Сибирь и Казахстан.. Советские немцы были в числе тех, кого депортационная политика коснулась в первую очередь. Проходила она в основном с августа 1941 г. по январь 1942 г. Позднее имела место так называемая вторичная депортация (переселение нескольких немецких семей на рыбные промыслы).

Поводом к переселению стали предъявленными немцам обвинения в том, что они якобы являются пособниками и укрывателями германских шпионов и диверсантов. На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 28 августа 1941 г. «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья» и ряда других распоряжений НКВД, постановлений ГКО (Государственного Комитета Обороны) прак­тически все немецкое население европейской части СССР подверглось депортации. Многих из них расселили в Сиби­ри, в том числе в Новосибирской области, в состав которой входили до 1943 г. нынешняя Кемеровская область и до 1944 г. - Томская.

В ходе депортации разрабатывались подробные инструк­ции, составлялись планы и принимались решения прави­тельства - куда, сколько, в какие сроки переселить людей. В проведении этой работы были задействованы государствен­ные структуры, вооруженные силы, сотрудники НКВД и милиции.

Депортация осуществлялась в трудных условиях военного времени. На восток страны, в Сибирь, эвакуировались миллионы людей, сотни заводов и учреждений. В кратчайшие сроки требовалось разместить прибывших, ввести в строй эвакуированные предприятия, и параллельно с этим шел процесс насильственного переселения целых народов. При осуществлении этой акции государственные органы действовали очень жестко. За уклонение или сопротивление следовали арест и переселение в принудительном порядке. Люди были вынуждены покидать родные места, оставлять годами нажитое имущество. Разрешалось брать с собой только личные вещи и мелкий хозяйственный инвентарь. При этом местные власти получали директиву, запрещающую причислять немцев к эвакуированным, со всей вытекающей отсюда разницей в гражданских правах этих двух категорий сибиряков-новоселов.

В Новосибирскую область немцев отправляли железнодорожным транспортом. В постановлениях ГКО учитывал, казалось бы, всё при проведении депортации: количество вагонов, питание, медицинское обслуживание в пути следования, предоставление работы и жилья в местах расселения и даже кредиты на строительство и ремонт домов.

Однако вагонов не хватало, к тому же они оказывались неприспособленными для перевозки людей. Отсюда антисанитария в дороге, а значит – педикулез, кишечные и другие инфекции. Продовольствие и медикаменты зачастую по назначению не попадали.

Всего, по данным на 20 ноября 1941 г., прибыло и было размещено в 45 районах Новосибирской области 120 тыс. немцев, в основном из бывшей АССР Немцев Поволжья. В это время Александровский район пока еще не стал местом расселения немцев, так как перевозка в район была затруднена из-за нехватки транспорта.

Как и большинство депортированных, немцы были отнесены к категории спецпереселенцев. Это означало, что без разрешения районных отделов НКВД им запрещалось покидать места поселения. В районах их размещения создавались комендатуры, которые следили за исполнением этих правил. Самовольные отлучки из мест расселения расценивались как побег и карались в уголовном порядке.

География мест спецпоселений постоянно изменялась и расширялась. Теперь в неё вошел и Александровский район, куда была переселена часть немцев, ранее размещенных в других районах Новосибирской области. На заседании бюро обкома ВКП(б) 6 марта 1942 г. было решено переселить сюда для постоянного хозяйственного устройства на рыбных промыслах1 тыс. чел. Их, согласно решению бюро обкома от 11 марта, следовало набрать в городах Кузбасса. Принципы отбора были следующие. Прежде всего, это должны были быть люди без права проживания в городах. Те, кто был занят на подземных работах в угольных шахтах, в это число не входили. Отбирались спецпереселенцы-мужчины из числа строителей, чернорабочих, служащих контор и т.п. Исходя из этих требований, было решено в первую очередь переселить в Александровский район немцев-спецпереселенцев. Именно ими, например, оказались отправленные 300 чел. из Прокопьевска.

Это переселение означало уже второй этап депортации – внутри области. Из многочисленных документов того времени видно, что местные органы власти стремились получить как можно больше рабочих рук, чтобы восполнить возникший в результате мобилизации их недостаток. И немцы воспринимались государственными структурами прежде всего, как рабочая сила. При переселении в Александровский район им пришлось вновь испытать все трудности, связанные с депортацией.

Людей перевозили сначала по железной дороге до Томска, затем лошадьми и речным транспортом до пунктов расселения в районе. В пути немцев сопровождали охрана из числа работников НКВД и медицинский персонал, причем на каждые 200 чел., судя по директивным документам, выделялся 1 медицинский работник.

28 апреля 1942 года последовало новое постановление бюро обкома, согласно которому в Александровский район переселялись и семьи, главы которых были направлены туда ранее. Все расходы по размещению, устройству на местах поселения были возложены на Нарымский окружной комитет ВКП(б). для руководства расселением в каждом районе Нарымского круга, в том числе и Александровском, создались «тройки» в составе секретаря райкома, председателя райисполкома и начальника райотдела НКВД. В районе каждую семью спецпереселенцев должны были обеспечить жильем, наделить приусадебным участком, выдать скот. Но ситуация реального устройства немцев была далека от того, что планировалось сделать руководством области. По данным на 14 июля 1942 года из 15 тысяч всех спецпереселенцев, размещенных в Нарымском округе, 1,5 тысячи человек оказались в Александровском районе. Все они закреплялись в нем на постоянное место жительства и подпадали под режим, определенный для спецпереселенцев-кулаков. Размещались немцы в деревнях. Так, к примеру, в деревне Ларино прибыло 187 человек 96 из которых – дети.

В Александровское вместе со многими другими такими прибыла семья Гомермастера Геннадия Гербертовича. В сентябре 1941 года они были депортированы из Саратовской области (приложение №1)

По прибытии на место поселения немцы оказались в очень тяжелых условиях. Новосибирский госрыбтрест не был подготовлен к расселению людей. Транспортировка от города Томска до места проживания не была налажена, вследствие чего немцы по несколько дней находились под открытым небом в ожидании транспорта.

По прибытии в район их распределяли по пустующим, полуразрушенным домам, клубам, школам, землянкам, иногда вселяли в дома местных жителей. Постройка простейших жилищ во многих местах задерживалась из-за отсутствия стекла, извести, кирпича, гвоздей и прочих строительных материалов. Людям приходилось жить в землянках и полуземлянках. Из воспоминаний Гомермастера Геннадия Гербертовича: «зимой в землянках было очень тепло. Была 1 большая комната, посреди этой комнаты ставили печь, а вокруг печи строили палати, на которых спали все члены семьи. А вот весной, летом и осенью было очень плохо: весной таял снег и землянка была наполовину заполнена водой, приходилось всеми способами откачивать; летом и осенью шли проливные дожди, вода от которых наполняла землянку наполовину, приходилось также откачивать воду и сушить. Поэтому дети постоянно болели, были вши».

III. Трудовое использование спецпереселенцев немцев Поволжья.

После прибытия, на второй и третий день, несмотря на нехватку времени даже обустроиться на новом месте, люди должны были уже выходить на работу. В Александровском районе подавляющее большинство немцев работали в рыбной промышленности: на рыбзаводах, консервном заводе, в рыболовецких колхозах. Кроме того, они были заняты в местной лесной промышленности, торговле, просвещении.

Труд спецпереселенцев активно использовался в трудармии.

Трудармия – особое явление: мобилизация через военкоматы дееспособных мужчин и женщин, создание из них военизированных формирований, имевших трехзвенную структуру (рабочие отряды – рабочие колонны – рабочие бригады) и сочетавших в себе элементы военной службы, производственной деятельности, гулаговского режима содержания.

Зачатки трудармии появилась в конце 1941 г., когда были созданы первые рабочие колонны из мобилизованных украинских немцев и немцев, изъятых из Красной Армии. Массовый характер это явление приняло после известных постановлений ГКО СССР от 10 января и 14 февраля 1942 г. Трудармии просуществовали до 1946 г., а когда были ликвидированы «зоны», трудармейцы смогли вызвать к себе семьи, и перешли в категорию спецпереселенцев.

Сразу же после переселения основных контингентов немецкого населения последовала серия юридических актов по их трудовому использованию. Среди них и распоряжение СНК СССР № 57-К от 30 октября 1941 г. «О расселении лиц немецкой национальности из промышленных районов в сельскохозяйственные», а также постановление ГКО № 1123сс от 10 января 1942 г. «о порядке использования немцев-переселенцев призывного возраста от 17 до 50 лет», постановление ГКО № 1281 от 14 февраля 1942 г. «О мобилизации немцев – мужчин призывного возраста от 17 до 50 лет, постоянно проживающих в областях, краях, автономных и союзных республиках», постановления СНК и ЦК ВКП (б) « О развитии прибрежного лова рыбы в Белом и Баренцевом морях», «О развитии рыбных промыслов в бассейнах рек Сибири и на Дальнем Востоке». В целях выполнения последних из упомянутых решений предполагалось направить в районы низовья рек Оби, Лены, Енисея, Яны, Индигирки, Колымы, северной части озера Байкала 41 тыс. переселенцев.

Если предпринять попытку проследить динамику трудового использования спецпереселенцев по всем контингентам, то к концу 1948 г. из всех занятых трудились в сельском хозяйстве 1 014 270 чел., в том числе в совхозах – 72 170 чел.; в угольной промышленности – 212 194 чел.; в лесной и бумажной промышленности – 180 405 чел.; в металлургической – 33 309 чел.; в золотодобывающей промышленности и на других предприятиях и стройках МВД СССР – 96 619 чел.; на железнодорожном строительстве Министерства путей сообщения – 18 895 чел.; в легкой промышленности – 15 913 чел.; в машиностроении – 14 320 чел.; в рыбной промышленности – 7862 чел.; в торговых организациях – 7805 чел.; в промышленности стройматериалов – 7634 чел.: в химической промышленности – 4000 чел.; в других отраслях народного хозяйства – 751 812 чел.

Однако и в экстремальных условиях трудмобилизованные немцы с достоинством выполняли производственные задания. «При задолженности государству по всему комбинату «Тулауголь» за январь – март 1944 г. 50 тыс. тонн угля, - читаем в отчете УНКВД по Тульской области, - на шахтах, где работали мобилизованные немцы, план выдачи угля на гора перевыполнен на 10 тыс. т». Начальник УНКВД по Красноярскому краю И.П. Семенов в докладной записке в адрес Отдела спецпоселений НКВД СССР в феврале 1946 г. писал: «Многие из спецпереселенцев выполняют и перевыполняют нормы, к труду относятся очень хорошо» Заместитель министра внутренних дел Коми АССР В.Зазегов также сообщал в НКВД СССР: « Спецпереселенцы-немцы к труду относятся добросовестно, многие из них производственные нормы выполняют на 100% и выше. Принимают активное участие в социалистическом соревновании…».

Тяжелые условия пребывания обрекали немцев на вымирание. Что касается динамики жизни мобилизованных немцев, то рождаемость (и смертность) среди них была такова: в 1945 г. родились 1914 чел., умерли 6930 чел.; в 1946 г. соответственно 4236 и 8915 чел.; в 1947 г. – 7314 и 12 573 чел.; в 1948 г. – 12 309 и 17 679 чел.

После долгих лет работы в колоннах и батальонах немцы получали право проживать в строго перечисленных районах, « куда в свое время были переселены лица немецкой национальности из режимных местностей и прифронтовых районах Союза».

Главный урок истории трудмобилизаций сводится к тому, что принудительный труд приносил мало пользы в укреплении экономики страны и регионов проживания трудмобилизованных, он оставался трудом без творческого созидательного начала, но в условиях существовавшего тоталитарного режима этот дешевый труд рассматривался как единственная возможность латания дыр в экономике. Одновременно мало кто заботился о мобилизованных на трудовой фронт.

IV. Бытовые условия спецпереселенцев немцев Поволжья.

Бытовые условия для новопоселенцев были очень тяжелые. Трудно приходилось не только из-за непривычно сурового климата и тяжелой работы. Отсутствовали нормальные условия жизни. Во многих отчетах райкомов Нарымского округа отмечалось, что материальное положение спецпереселенцев крайне неудовлетворительно, особенно среди немцев.

В Александровском районе численность спецпереселенцев составляла 6033 человека или 53,4% от всего населения, 2630 из них – немцы. Большая часть из них, по-прежнему, была занята в рыбной промышленности. В силу особых условий рыбодобычи они за время войны очень часто перевозились с одного места работы на другое, что мешало обзаведению своим хозяйством. Многие немцы, поэтому не имели своих домов, проживая в неприспособленных для жилья строениях. Государственные ссуды на жилищное строительство, приобретение скота практически не могли быть использованы, так как правления колхозов, где размещались спецпереселнцы, не обеспечивали Сельхозбанку своевременного возврата выделенных немцам ссуд. Формальная причина: последние не были членами колхозов, кроме этого, всегда возникала опасность отъезда немцев на другое место жительства. Плохо было поставлено и бытовое обслуживание. Многие спецпереселенцы не имели белья, верхней одежды, обуви. По возможности, им помогало местное население. Из воспоминаний Гомермастера Геннадия Гербертовича: «если бы не помощь местного населения, наша семья не выжила бы вообще». Случалось и так, что из-за отсутствия одежды и обуви некоторые из них вообще не могли покинуть жилище в люты мороз. Отказ же немца выйти по этой причине на работу в колхозе квалифицировался как саботаж, со всеми вытекающими последствиями. Перебои были постоянно и с завозом продуктов. Отсутствия нормальных условий жизни, критическое состояние со снабжение продовольствием, теплой одеждой приводили к заболеваниям. Все это влияло и на производительность труда, которая в 1943 году составляла 53% от нормы. Соответственно рыбаки не получали полную заработную плату, с трудом могли прокормить себя и семью. Из воспоминаний Сабанцевой Анны Владимировны: «жизнь была очень тяжелой: не было денег, еды, нормальной, пригодной для использования одежды. Питались, чем придется: тухлой рыбой (потому что свежую, не давали), гнилой картошкой (потому что была плохая не урожайность, вызванная сильными морозами). Наличие муки было радостным событием для всей семьи, потому что могли испечь хлеб. Одежду шили сами, с материалом помогали местные жители. Но потом нам посчастливилось завести корову, которую нам отдали переезжающая на другое место жительства немецкая семья. С этого момента наша жизнь стала намного легче и сытней.» (приложение №2).

Как правило, местные власти не пытались объяснить, что российские немцы не несут ответственности за действия гитлеровцев, и неприязнь, недоверие к депортированным среди части коренного населения существовали.

Подозрительное отношение к ним сказывалось и при устройстве на работу. В Александровском районе, где многие преподаватели были из числа спецпереселенцев, в 1946 году работало 10 учителей немецкой национальности. По тем временами это была немалая цифра. Известны случаи, когда сам факт преподавания в школах русского языка, русской литературы, истории немцами вызывал недовольство местных властей и части населения.

Отношения самих немцев к факту депортации было неоднозначным. Многие наивно верили, что насильственное переселение в Сибирь не больше, чем эвакуация, что после войны они смогут вернуться на прежние места жительства. С окончанием войны связывали и надежды на восстановление в правах. Однако, ограничения в правовом положении были сняты лишь через 10 лет после войны, в 1955 году. И только в 1964 году были признаны необоснованными обвинения немцев в пособничестве фашизму. А разрешение вернуться в родные места российские немцы получили еще позже, в 1972 году.

Из воспоминаний Гомермастера Геннадия Гербертовича: «так на тот момент семья была достаточно большой, имели кое-какое имущество, для нас не было смысла возвращаться назад и начинать все заново, так как была свежа память переселения на другое место жительства».

Годы репрессии, второй мировой войны в корне изменили положение и судьбу советских немцев. Депортация стала трагедией для простых, ни в чем не повинных людей. Национальная государственность была ликвидирована, на долгие десятилетия народ лишился всех гражданских прав. Сотни тысяч людей были сорваны с родных мест и переброшены в отдаленные районы. Необоснованно репрессированные, лишенные возможности защищать Родину на фронтах, находясь на особом положении спецпоселенцев, немцы, тем не менее, самоотверженно трудились в тылу, приближая победу над фашистами. Многие из них, насильственно переселенные в Сибирь, так и остались жить здесь, в частности в Александровском районе. И есть теперь в его истории страницы, написанные российскими немцами.

V. Заключение

В заключении, мы пришли к следующим выводам:

  1. География размещения немцев Поволжья достаточно обширна и захватывает территорию Сибири, Дальнего Востока и Казахстана, которая постоянно изменялась и расширялась.

  2. Немцы Поволжья находились на особом правовом положении, так как находились под надзором райотдела НКВД и не имели возможности свободного передвижения. Имели ограничения в правах и свободах. Но, как и все граждане СССР участвовали в работе трудармии.

  3. Условия жизни немцев Поволжья были очень тяжелыми. Жили в землянках, полуземлянках, в пустующих полуразрушенных домах, клубах, школах. Иногда даже вселяли в дома местных жителей. Многие спецпереселнцы не имели белья, верхней одежды, обуви, средств гигиены, медицинского обслуживания, в таких условиях развивались разного рода заболевания, от которых люди умирали. Немцам Поволжья не платили заработную плату, что приводило к очень низкому уровню жизни людей и очень большой смертности, особенно среди детей.

  4. Труд немцев привлекался во всех сферах трудовой деятельности, так как являлся дешевым, а порой даже бесплатным. Труд их применялся в масштабах всей страны.

  5. Из воспоминаний моего прадеда и моей прабабушки. Я сделала вывод о том, что это был очень тяжелый период жизни для всей страны, в том числе и для семьи моего прадеда. Помня, об этом времени мы должны сохранить в своих сердцах и не допустить таких ошибок в будущем. В память об этом событии в с.Александровское, Томской области установлен памятник «Жертвам политических репрессий».(приложение №4)

VI. Используемая литература.

  1. «Мобилизовать немцев в рабочие колоннны…И.Сталин» :Сб.док.(1940-е годы) / Сост., предисл., коммент. д-ра ист. наук, проф. Н.Ф.Бугая. –М.:Готика, 1998.- 352с.

  2. Земля александровская: Сборник научно-популярных очерков к 75-летию образования Александровского района /Отв. ред. Я.А.Яковлев. – Томск: Изд-во Том.ун-та, 1999. – с. 3000экз.

VII. Приложения

Приложение № 1.

Из воспоминаний Геннадия Гербертовича Гомермастера: «По приезду 1942 года из Саратовской области, нас отправили сначала в Новосибирскую область, потом по перераспределению в Томскую область, а оттуда уже попали в Александровский район, в с. Александровское. По прибытию у нас не было жилья, поэтому жили мы в землянках. Зимой в землянках было очень тепло. Была 1 большая комната, посреди этой комнаты ставили печь, а вокруг печи строили палати, на которых спали все члены семьи. А вот весной, летом и осенью было очень плохо: весной таял снег, и землянка была наполовину заполнена водой, приходилось всеми способами откачивать; летом и осенью шли проливные дожди, вода от которых наполняла землянку наполовину, приходилось также откачивать воду и сушить. Поэтому дети постоянно болели, были вши. Если бы не помощь местного населения, наша семья не выжила бы вообще. Нам приносили теплые вещи, одеяла, подушки, кое-какую обувь. Даже первое время помогали с продуктами. Так на тот момент семья была достаточно большой, имели кое-какое имущество, для нас не было смысла возвращаться назад и начинать все заново, так как была свежа память переселения на другое место жительства. Потом была реабилитация, мы были восстановлены в правах, мы стали получать пенсию, как реабилитированные».(Приложение №3)

Приложение №2.

Из воспоминаний Сабанцевой Анны Владимировны: «Жизнь была очень тяжелой: не было денег, еды, нормальной, пригодной для использования одежды. Питались, чем придется: тухлой рыбой (потому что свежую, не давали), гнилой картошкой (потому что была плохая не урожайность, вызванная сильными морозами). Наличие муки было радостным событием для всей семьи, потому что могли испечь хлеб. Одежду шили сами, с материалом помогали местные жители. Но потом нам посчастливилось завести корову, которую нам отдали переезжающая на другое место жительства немецкая семья. С этого момента наша жизнь стала намного легче и сытней».

Приложение №3.

Справка о реабилитации.

Приложение №4.

Просмотров работы: 329