Судебный поединок в "Песне про купца Калашникова.." М. Ю. Лермонтова и "князь Серебряный" А. Толстого

XX Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

Судебный поединок в "Песне про купца Калашникова.." М. Ю. Лермонтова и "князь Серебряный" А. Толстого

Минакова Д.А. 1
1МБОУ СОШ НОМЕР 11
Березуева О.А. 1
1МБОУ СОШ НОМЕР 11
Автор работы награжден дипломом победителя I степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Введение

Вопросы чести и достоинства всегда являются основополагающей проблемой во взаимоотношениях людей в обществе. Одно из важных мест уделяется этой теме в русской литературе XIX века. Русские писатели создавали произведения, которые не только в полной мере отражали жизнь, но и имели огромное нравственно воспитательное значение, выявляя то лучшее, что есть в народе, на что этому народу следует опираться. Честь и достоинство – это те высокие духовные силы, которые удерживает человека от подлости, предательства, лжи и трусости. Это стержень, который укрепляет в выборе поступка, когда судьей является совесть. Жизнь часто испытывает людей, ставя их перед выбором – поступить по чести и принять на себя удар или смалодушничать и пойти против своей совести, чтобы получить выгоду и уйти от неприятностей или даже смерти. Выбор у человека есть всегда, и от его нравственных принципов зависит, как он будет поступать. Труден путь чести, но отступление от него, потеря чести еще мучительнее. Бесчестие всегда бывает наказано. Так, видимо, распоряжаются высшие силы. Поэтому так огромно значение великой русской классической литературы, являющейся нравственным фундаментом и помощником для многих поколений людей. Проблема чести и достоинства рассматривается во многих произведениях XIX века. В данной работе пойдет речь о двух: романе «Князь Серебряный» А.К.Толстого и «Песне про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» М.Ю. Лермонтова. Яркие образы, созданные в этих произведениях, живут среди нас и являют собой пример нравственности и чести.

Цель проекта: рассмотреть произведения русской художественной литературы, в которых говорится об использовании судебных поединков.
Задачи проекта:

- изучить эти произведения;

-определить, с какой целью авторы используют в художественном произведении исторический материал; -выявить значение судебных поединков в плане нравственной проблематики художественных произведений.

Гипотеза основана на том, что писатели используют судебные поединки как художественное средство для раскрытия характеров своих героев, показа их человеческих качеств. Объектом исследования стали произведения: «Песня про купца Калашникова…» М.Ю.Лермонтова и роман «Князь Серебряный» Алексея Толстого.

Предмет исследования: судебный поединок как средство отстаивания чести и достоинства .

Методы нашего исследования: теоретический анализ исторических и литературных источников, опрос-анкетирование.

Глава 1 Судебный поединок : история

1.1Происхождение

Судебный поединок, в отличие от ордалий и других форм «Божьего суда», известных повсеместно, как способ разрешения споров предусматривался прежде всего Варварскими правдами и применялся в основном германскими народами (ср. хольмганг). Однако особая форма судебного поединка существовала также в Древней Руси, она получила название «поле». Судебный поединок не предусмотрен такими древнейшими правовыми источниками как Тора и Законы Хаммурапи, не известен римскому праву.

Согласно верованиям древних славян битва была спором, отданным на решение божества. «То уже Богови судити» — обыкновенная формула, какую произносили князья перед началом военных действий. Поэтому и в частных раздорах, если обиженный восставал с оружием на обидчика, божество должно было помогать правому и карать нарушителя священных законов.

1.2 Судебный поединок на Руси («поле»)

Судебные поединки на Руси известны с давнего времени. По словам арабских писателей X века Амина Рази и Мукаддези, описывавших традиции русов, «когда царь решит спор между двумя тяжущимися, и они решением его останутся недовольны, тогда он говорит им: разбирайтесь мечами своими — чей острее, того и победа». У славян поединок получил название «поле».

Первые упоминания поля в русских источниках относятся к XI—XII веку. По одной из версий из летописных свидетельств, войны также иногда решались единоборством двух избранных от разных сторон. Состязание это происходило на виду обеих неприятельских армий. Исход его принимался за непреложный приговор божественной воли, которой равно подчинялись и те, на чью долю оставалась победа, и те, которые должны были признать себя осужденными[1]. Однако более вероятно, что данные свидетельства относятся к традиционным богатырским поединкам в начале битвы для поднятия боегого духа. Как, например, поединок Пересвета и Челубея, сразу за которым произошла Куликовская битва.

В договоре смоленского князя Мстислава с Ригою и Готским берегом (1229 год) сказано: «русину не звати латина на поле биться у руской земли, а латинину не звати русина на поле биться у Ризе и на Готском березе. Аже латинески гость битеся межю собою у руской земли любо мечем, а любо деревем — князю то не надобе, мѣжю собою соудити; тако аже рускии гость биеться у Ризе или на Гочкоме березе — латине то не надобе, а те промѣжю собою урядятеся». Смоленские грамоты 13 – 14 веков. Подготовили к печати Т. А. Сумникова и В.В. Лопатин / Под ред. Р. И. Аванесова – М 1963Смысл этой статьи заключается в том, что русский не может вызывать немца на поединок в русскую землю, а немец русского в Ригу и на Готский берег. Князь не должен вмешиваться в поединки иноземцев на русской земле (не брать с них судебных пошлин), а немцы — в поединки русских людей.

Последующие законы определяют случаи, когда дозволялось поле, оружие, с которым обязаны были сражаться бойцы, и сам ход поединка.

Псковская Судная грамота постановляет, что выходить на поле могли не только мужчины, но и женщины. По общему правилу бой должен был быть равный, и поэтому малолетние, престарелые, больные, священнослужители, инвалиды и женщины могли нанимать и ставить вместо себя наёмных бойцов. Если иск подавала женщина против женщины, то наймиты запрещались.

Допускался также поединок между ответчиком и свидетелем, когда последний показывал против первого. Показания нескольких свидетелей сами по себе являлись доказательством и их наличие делало поединок ненужным.

Бой происходил под наблюдением приставов. Вероятно, при битве присутствовал посадник (об этом упоминается в Новогородской Судной грамоте).

Во Пскове стороны выходили на битву в доспехах. В Новгороде оружием были ослопы (дубинки, рогатины) и палки, а доспехами шишаки и железные латы. Побежденный признавался неправым.

Те же положения развиты и в Судебнике Ивана IV. На «поле», кроме представителей власти, присутствовали еще стряпчие и поручители со стороны тяжущихся. «Поле» допускалось и между свидетелями, показания которых противоречили друг другу. Бойцы одевались в латы, имели в руках щиты и дрались дубинками.

Стоглав запрещает «поле» для монахов и священников по всем преступлениям, кроме убийства.

Обычай решать спорные дела «полем» продолжал существовать в течение всего XVI века и исчез в XVII веке. Соборное уложение 1649 года ничего не упоминает о «поле», заменяя его присягой. На Руси судебные поединки известны со времен Средневековья. По определенным социальным причинам они не были так широко распространены, как в Европе, но тем не менее существовали. Обратите внимание: несмотря на то, что дуэль, как считается, "выросла" из судебного поединка, сам таковой поединок - не дуэль! Он потому и судебный, что производится только по решению суда и в присутствии государственных чиновников. Он - легален. И, в отличие от дуэли, судебный поединок в меньшей степени относится к решению "вопросов чести", с его помощью решались более серьезные дела.

И к тому же на судебный поединок в средневековой России было весьма-таки тяжело довести дело. Власть, как правило, стремилась подобного не допускать. В России эпохи Грозного выходить на судебный поединок сторонам необходимо было в полном доспехе, у кого какой есть. Бились практически любым оружием, от дубины до сабли, кроме метательного. Но чаще всего дрались на палках (жердинах), на клинковом оружии редко, тем более что далеко не у каждого оно было.

Иногда - и на кулаках. Выбор способа поединка лежал на дьяке или окольничем - том должностном лице, которое назначало таковой.

Сама схватка обязательно происходила под присмотром государственных чиновников - окольничего, дьяка, недельщика либо праветчика (разновидность судебного пристава), подъячего и т.п. Если дрались люди в высоких чинах, за схваткой мог присматривать и боярин. Примечательно, что пошлины за поединок драли грабительские ))) А в каком случае вообще могли назначить поединок?

Дабы избежать обильного цитирования, скажем кратко: либо в денежных спорах - "по договору займа", если показания свидетелей сильно расходятся, либо по делу о грабеже, поджоге, воровстве или личном оскорблении. При этом после начала поединка ответчику дозволялось признать вину, тогда бой прекращался, и далее дело велось по обычной процедуре.

1.3 Православная церковь и судебные поединки

Церковь протестовала против проведения судебных поединков. До нас дошёл протест митрополита Фотия (1410 год):

еще же и сему наказаю: аще который человекъ позовется на поле да приидетъ к которому попу причаститись, ино ему святого причастья нет, ни целования крестнаго; а который поп дастъ ему святое причастие, тот поповства лишен. А кто утепет (убьёт), лезши на поле, (и) погубить душу — по великаго Василия слову душегубец именуется, в церковь не входит, ни дары не приемлет, ни богородицина хлеба причащениа-ж святаго не прииметъ осмнадцать лѣтъ; а убитого не хороните, а который поп того похоронит, тот поповства лишен

Главным образом духовенство восставало против колдовства и чар, к которым прибегали бойцы. Максим Грек жаловался, что судьи, вопреки очевидности свидетельских показаний, изобличающих виновного, присуждают «поле», а обидчики на то и рассчитывают: у них всегда есть «чародей и ворожея, иж возможетъ дѣйством сатанинским пособити своему полевщику».

В старинных лечебниках встречаются указания на те волшебные средства, обладая которыми можно смело выходить на поединок:

«если хочешь быть страшен, убей змею черную, а убей ее саблею или ножемъ, да вынь изъ нея языкъ, да и въ тафту зеленую и в черную да положи в сапогъ в левой, а обуй на том же месте. Идя прочь, назад не оглядывайся. Пришедши домой, положи (змеиный языкъ) под ворота в землю; а кто тебя спросить: где былъ? и ты с им ничего не говори. А когда надобно, и ты въ тотъ же сапогъ положи три зубчика чесноковые, да под правую пазуху привяжи себе утиральник и бери с собою, когда пойдешь на суд или на поле биться».

«С ветлы или березы надобно взять зеленый кустецъ… по нашему вихорево гнездо, и взять тот кустец, как потянет ветер-вихорь в зиме или летом, да середнее деревцо держать у себя — на суд ходить, или к великимъ людям, или на поли биться, и как бороться — держать тайно в сапоге в одном на правой ноге. А кто держитъ то деревцо у себя, тот человек не боится никого».

1.4 ПОЕДИНКИ В ДРЕВНЕРУССКОЙ ВОИНСКОЙ КУЛЬТУРЕ

В современной отечественной науке антропология войны изучается в гораздо меньшей степени, чем антропология детства, гендера или даже смерти. Точнее, работа ведётся, но в основном силами энтузиастов — любителей исторической реконструкции. Но и они, уделяя большое внимание воссозданию «материальной части», оставляют духовную составляющую древней воинской культуры в стороне. Между тем осмыслить культурную основу мировоззрения воина, идущего в бой, — задача ничуть не менее важная, чем понять, как крепились пластины ламеллярного доспеха. Данная работа посвящена некоторым аспектам проблемы социально-антропологического изучения феномена поединка в воинской культуре Древней Руси.

Исследование источников по истории Древней Руси позволяет выделить поединки судебные (информации о них, пожалуй, больше всего); «потешные» (игровые, тренировочные) турниры; боевые поединки (перед началом массовых битв, где решались споры уже не между людьми, а между народами). Рассмотрим первый из этих трёх видов. «Поле» — судебный поединок, существовавший на Руси с древнейших времён до XVI века. Его упоминают многие арабские авторы, писавшие о стране славян и руссов: Ибн Русте, ал-Марвази, Абу Саид Гардизи1. К решению тяжбы боем обращались тогда, когда соперничавшие стороны представляли равные по убедительности доказательства (документы или свидетельские показания), и на их основании определить «правду» оказывалось невозможно.

Рисунок 1 Рукояти древнерусских мечей
Из кн.: Кирпичников А.Н.
Древнерусское оружие. Вып. 1.
Мечи и сабли IX—XIII вв. М.;
Л.: Наука, 1966. Таб. IX.

Типичный вариант арабских сведений о поединках у славян можно прочесть в сочинении арабского географа Х века Мутаххара ибн Тахира ал-Мукаддаси в книге «Китаб ал-бад ва-т-тарих» («Книга творения и истории»): «Рассказывают, что если рождается у кого-либо из них ребёнок мужского пола, то кладут на него меч и говорят ему: «Нет у тебя ничего другого, кроме того, что приобретёшь своим мечом». У них есть царь. Если он решает дело между двумя противниками, и его решение не удовлетворяет, то он им говорит: «Пусть дело решают ваши мечи». Тот, у кого меч острее, побеждает»2. Учитывая, что большая часть текстов о руссах и славянах в арабо-персидской литературе носит компилятивный характер и восходит, вероятно, к нескольким не дошедшим до нас источникам, можно считать, что содержащаяся в них информация отражает реалии не позднее IX века.

Восточным авторам вторил византийский — Лев Диакон (Х в.): «Тавроскифы и теперь ещё имеют обыкновение разрешать споры убийством и кровопролитием»3.

Древнейшее упоминание о судебном поединке в русских источниках относится к XIII веку — это «Договор Смоленска с Ригой и Готским берегом»4. Наиболее древние, но подробные, письменные фиксации правил поединка мы можем найти в «Псковской судной грамоте» (XIV в.), в Судебниках 1497 и 1550 гг. Весьма детально описал судебный поединок в своих записках и побывавший в России в начале XVI века с посольской миссией от германского императора немецкий посол Сигизмунд фон Герберштейн.

Серьёзной проблемой является отсутствие всякого упоминания о поединках подобного рода в «Русской Правде» (РП) и вообще в законодательстве XI—XII вв. В.О. Ключевский выдвинул предположение, что причиной тому является церковное происхождение этого документа5. Утверждение это весьма сомнительно, поскольку вообще-то ордалии (испытание «Божьим судом». — В.Д.) в РП есть: «железо», «вода»6 (к ним церковь относилась тоже неодобрительно, это хорошо видно из поучения епископа владимирского Серапиона7), а «поля» — нет. Впрочем, в одном из списков РП — Мясниковском (конец XIV — начало XV в.) стандартная фраза: «То дати им правду железо» (ст. 21) выглядит так: «То дати им правду: с железом на поле»8. Быть может, именно такая формулировка ближе к изначальному древнему варианту. Не исключено также, что РП — запись славянского обычного права, не знавшего судебных поединков. Они, как известно, существовали в дружинной среде, жившей тогда по своим законам. Общей нормой этот обычай стал именно в то время, когда взаимопроникновение двух культур — славянской и скандинавской — стало полным. Впрочем, проблема отсутствия в «Русской Правде» упоминания о судебных поединках нуждается в дополнительном исследовании.

Судебный поединок всегда считался на Руси строго нормированным сражением. Существовали чёткие правила, определявшие, кто и кого имеет право на него вызвать, какие условия необходимо при этом соблюдать. Псковская судная грамота и оба судебника предусматривали, что если человек в силу возраста, слабости здоровья или особенностей положения биться не может, он должен выставить вместо себя наймита-бойца.

В ст. 36 «Псковской судной грамоты» читаем: «А на котором человеке имуть сочити долгу по доскам, или жонка, или детина, или стара, или немощна, или чем безвечен, или чернец, или черница, ино им наймита волно наняти, а исцом целовати, а наймитом битись. А против наймита исцу своего наймита волно, или сам лезет»9. Эта правовая норма без особых изменений перешла в Судебники 1497 и 1550 гг.

Однако в том случае, если поединком проверялись свидетельские показания против женщины, ребёнка, увечного или монаха, свидетель самолично должен был сразиться с наймитом, правда, если сам не женщина, ребёнок, увечный или монах: «Статья 17. А если против послуха (свидетеля) ответчик будет стар, или мал, или чем увечен, или поп, или чернец, или черница, или жонка, и тому против послуха наймит, а послуху наймита нет; а которой послух чем будет увечен безхитростно [т.е. не специально себя перед поединком изувечит, чтобы не биться], или будет в послусех поп, или чернец, или черница, или жонка, тем наймита наняты вольно ж. А что правому или его послуху учинится убытка, и те убытки имати на виноватом»10.

То есть человек, взявшийся свидетельствовать против слабого и беззащитного (пусть даже и виновного), должен был прежде серьёзно подумать, стоит ли это делать. С точки зрения принципа законности это не очень правильно. По современным представлениям свидетель в суде должен иметь возможность отвечать по делу, ничего не опасаясь. Но, видимо, в те непростые времена было слишком много ложных доносов, особенно по политическим и имущественным делам. И создатели Судебника таким вот образом пытались остудить пыл особенно рьяных доносчиков: одно дело самому добиваться у должника своих денег (тогда против бойца-наймита встанет другой боец-наймит), а другое — доносить (и тогда против бойца-наймита придётся встать самому — и тут уже только Божье покровительство сможет спасти истинно правого).

В остальных же ситуациях действовал принцип, согласно которому профессиональный воин мог сражаться только с равным себе, бить «небойца» он права не имел. Причём не потому, что это было для него слишком «низко» и поэтому оскорбительно, а исключительно для безопасности непрофессионала. Ведь если «небоец» всё-таки настаивал на поединке, «боец» должен был сражаться: «Статья 14. А битися на поле бойцу с бойцом или небойцу с небойцом, а бойцу с небойцом не битися; но если похочет небоец с бойцом на поле битись, то пусть бьётся. Да и во всяких, делах бойцу с бойцом, а небойцу с небойцом, или бойцу с небойцом по небоицове воле на поле битися по тому ж»11.

Примечательно, что в «Псковской судной грамоте» в том случае, если обеими «тяжущимися» сторонами в суде были женщины, выставлять вместо себя наймитов они не могли, поэтому должны были драться сами. Причина этого понятна: мужчина, осознавая, что результат спора может напрямую отразиться на его жизни и здоровье, вынужден был вести себя осторожно. Женщины были поставлены в равные с мужчинами условия — им тоже приходилось вести себя осмотрительно, чего сложно было бы добиться, если бы спор женщин мог решиться единоборством мужчин. Средневековый Псков превратился бы в сплошное ристалище.

Бой проводился в специально отведённом и подготовленном для этого месте. Его подготовкой во времена Московской Руси занимался судебный пристав, называвшийся «недельщиком». Судебный поединок «поле» начинался с того, что оба участника целовали крест.

Проводились такие поединки с применением оружия. По свидетельству С. фон Герберштейна, на судебный поединок стороны «могут выставить вместо себя какое угодно другое лицо, точно так же могут запастись каким угодно оружием, за исключением пищали и лука. Обыкновенно они имеют продолговатые латы, иногда двойные, кольчугу, наручи, шлем, копьё, топор и какое-то железо в руке наподобие кинжала, однако заострённое с того и другого краю; они держат его одной рукой и употребляют так ловко, что при каком угодно столкновении оно не препятствует и не выпадает из руки. Но по большей части его употребляют в пешем бою»12. <…>

Рисунок 2

Больной, престарелый человек, а также священнослужитель, ребенок или женщина могли выставить вместо себя поединщика. Кстати, правом на поединок обладали все сословия, кроме подневольных (холопов), а отнюдь не только дворяне. Вступить в такую узаконенную схватку могли и "посадские люди" (мещане, ремесленники), и купцы, и дети боярские. При этом не-дворянин мог биться с дворянином, если он вообще в состоянии сражаться. Тогда бой шел не на саблях или копьях, а обычно на дубинах.

Убийства на судебном поединке того времени, хотя теоретически были возможны, практически - крайне не одобрялись. Церковь запрещала убийце приобщение к "святым таинствам" на семь лет.

1.5 Поединок - единоборство двух противников, дуэль.

Противники большей частью не испытывали друг к другу никакой вражды, они могли быть даже незнакомы между собой и могли выступать инкогнито, т.е. в масках. Победителя увенчивали наградой. Считалось, что победа одерживается не силой оружия, а могуществом правды: сам Бог осуждает виновного и помогает правому. Поражение лишь служило решающим доказательством вины и предполагало дальнейшее наказание в соответствии с тяжестью содеянного. Имя побеждённого покрывалось позором и бесчестьем. С течением времени рыцарство утратило свой авторитет, но обычай открытого поединка сохранился [1].

Неписаный порядок проведения дуэли был следующим. В заранее условленное время (обычно утром) противники, секунданты и врач прибывали в назначенное место. Опоздание допускалось не больше 15 минут; в противном случае опоздавший считался уклонившимся от дуэли. Противники и секунданты приветствовали друг друга поклоном. Избранный секундантами из своей среды распорядитель предлагал дуэлянтам в последний раз помириться. В случае их отказа распорядитель излагал им условия поединка, секунданты обозначали барьеры и в присутствии противников заряжали пистолеты.

При дуэли на саблях, шпагах или рапирах противники раздевались выше пояса до рубашек. Секунданты занимали места параллельно линии боя, врачи — позади них. Все действия противники совершали по команде распорядителя. Как правило, дуэль на шпагах велась до тех пор, пока один из противников не терял полностью возможность продолжать ее — т. е. до тяжелого или смертельного ранения. Поэтому после каждого ранения поединок приостанавливался, и врач устанавливал характер раны, степень ее тяжести. Если в ходе такой дуэли один из противников, несмотря на предупреждения, трижды отступал за границу поля боя, такое поведение засчитывалось как уклонение или отказ от честного поединка. По окончании боя противники подавали друг другу руки.

Вывод

Судебный поединок — один из способов разрешения споров и в средневековой Европе, и на Руси, при котором исход спора решало единоборство сторон: победитель провозглашался выигравшим спор. Обычно использовался в случаях, когда установить истину путём допроса свидетелей было невозможно, но ни одна из сторон не признавала своей неправоты. По сути судебный поединок представляет собой санкционированную правом дуэль.

Глава 2 Изображение судного поединка в «Песне про купца Калашникова…» М.Ю Лермонтова и в романе А.Толстого «Князь Серебряный»

В данной части нашей работы мы решили посмотреть, как представлены поединки в художественных произведениях и сопоставить их.

2.1 Сцена кулачного боя в «Песне про... купца Калашникова»

«Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» была опубликована 30 апреля 1838 году. Существует точка зрения, согласно которой внешним толчком к созданию «Песни про... купца Калашникова» послужила смерть А.С. Пушкина. На Михаила Юрьевича такое огромное впечатление произвела гибель великого поэта, вступившегося за поруганную честь жены и своей семьи. Действия протекают в эпоху царствования Ивана IV. Молодой купец по имени Степан Парамонович Калашников в честном кулачном бою убивает своего обидчика – царского опричника, Кирибеевича, который опозорил его семью. В сюжете поэмы кульминационное место занимает сцена кулачного боя между опричником Кирибиевичем и Калашниковым. Этой сцене предшествовали следующие события

Рисунок 3

Место :

Как сходилися, собиралися
Удалые бойцы московские
На Москву-реку, на кулачный бой,
Разгуляться для праздника, потешиться.

Поклон:

И выходит удалой Кирибеевич,
Царю в пояс молча кланяется

Толпа

Вдруг толпа раздалась в обе стороны
поклон

Поклонился прежде царю грозному После белому Кремлю да святым церквам,
А потом всему народу русскому.

Рисунок 4

Представление
Отвечает Степан Парамонович:

«А зовут меня Степаном Калашниковым,

А родился я от честнова отца,
И жил я по закону Господнему…
Вышел я на страшный бой, на последний бой!

Расход по сторонам места боя

Вот молча оба расходятся,
Богатырский бой начинается.

Рисунок 5

Смерть одного из участников

И казнили Степана Калашникова
Смертью лютою, позорною;
И головушка бесталанная19
Во крови на плаху покатилася.

2.2 Судный поединок в романе А.Толстого «Князь Серебряный

Роман «Князь Серебряный» был опубликован в 1862 году. Алексей Толстой не скрывал, что повесть написана под впечатлением «Песни про купца Калашникова. События происходят в эпоху Ивана Грозного. Главная проблема, волнующая писателя в романе, — это тоже проблема человеческого достоинства и чести Высокими носителями этих качеств являются князь Никита Романович Серебряный, боярин Дружина Андреевич Морозов. Старый боярин Дружина Андреевич Морозов давно не в милости царя за свою прямоту и честность. Но он вынужден бить царю челом на опричника князя Афанасия Вяземского, силой похитившего его жену, которую тоже, кстати, зовут Еленой Дмитриевной. Князь свою вину отрицает. Оба готовы целовать крест: Морозов — истинно, Вяземский — ложно. Царь назначает судебный поединок: биться на мечах. Ситуация очень близка к той, что описана в «Песне…». «Решение Иоанна произвело в собрании сильное впечатление. Во мнении многих оно равнялось для Морозова смертному приговору. Нельзя было думать, чтобы престарелый боярин устоял против молодого и сильного Вяземского Но Морозов поклонился царю и сказал спокойным голосом: “Государь, пусть будет по-твоему! Я стар и хвор, давно не надевал служилой брони; но в Божьем суде не сила берет, а правое дело! Уповаю на помощь Господа, что не оставит Он меня в правом деле моём, покажет пред твоею милостью и пред всеми людьми неправду врага моего!” Услышав царский приговор, Вяземский было обрадовался, и очи его запылали уже надеждой; но уверенность Морозова немного смутила его. Он вспомнил, что по общепринятому понятию, в судном поединке Бог неминуемо дарует победу правой стороне, и невольно усомнился в своем успехе . Во всякое другое время, готовясь к поединку, он положился бы на свою силу и ловкость; но дело шло об Елене. Поединок был не простой; исход его зависел от суда Божия, а князь знал свою неправость, и сколь ни показался бы ему Морозов презрителен в обыкновенной схватке, но в настоящем случае он опасался небесного гнева». Вот только суд оборвался так и не начинаясь, а все потому, что у князя Вяземского открылись раны из-за которых он берет себе замену. На бой вызывается стременной опричник Хомяк. Вот только Морозов не согласился выходить на бой с Матвеем, так как не мыслимо было боярину сражаться с наемником и также со своей 14 стороны находит человека, который выступит в бою вместо Морозова. Им оказался один из гусляров, что оказались на площади. Звали его Митька. Этот дюжий парень быстро одержал победу над стременным Матвеем, орудуя обыкновенной оглоблей, проучив его за то, что тот крал невест. Царь был огорчен и расстроен исходом поединка: получилось, что победил его враг. Впоследствии Дружина Андреевич Морозов скажет царю: «В голове моей ты волен, но в чести моей не волен никто»
Царь велел Малюте пока молчать обо всем и, когда воротится Басманов, не показывать ему вида, что его отсутствие было замечено.Между тем настал день, назначенный для судного поединка.

Поединок :

Толпа, место

Еще до восхода солнца народ столпился на Красной площади; все окна были заняты зрителями, все крыши ими усыпаны. Весть о предстоящем бое давно разнеслась по окрестностям.Знаменитые имена сторон привлекли толпы из разных сел и городов, и даже от самой Москвы приехали люди всех сословий посмотреть, кому господь дарует одоление в этом деле.

Расход по сторонам

Царь обратился к Хомяку.— Становись! — сказал он повелительно и прибавил с усмешкой: — Погляжу я, как ты увернешься от мужицкого ослопа!Митька между тем засучил рукава, плюнув в обе руки и сжавши ими оглоблю, потряхивал ею, глядя на Хомяка.

смерть одного из участников

С трудом удалось опричникам оттащить Митьку, но Хомяка подняли уже мертвого, и когда внимание всех обратилось на посиневшее лицо его, рядом с Митькой очутился владимирский гусляр…

СРАВНЕНИЕ СУДЕБНЫХ ПОЕДИНКОВ

Далее мы решили составить сопоставительную таблицу.

 

У Лермонтова

У Толстого

Тип поединка

Потешный

Судебный

Место поединка

Москва -река

Царский двор

Вызов

Произнесён. Противники знакомы

Произнесен противники незнакомцы

Ритуал

Расход по сторонам в месте боя,поклон

Расход по сторонам в месте боя, поклон

Итог

Смерть героя

Смерть героя

Вывод: В романе А.Толстого четко прослеживается преемственность изображения поединка. В обоих произведениях сцены поединков являются наиболее яркими эпизодами.

Заключение

После анализа поэмы М.Ю. Лермонтова «Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», изучения исторического материала, анализа романа «Князь Серебряный» А. Толстого была подтверждена гипотеза: «Личное достоинство Калашникова и боярина Дружины Андреевича Морозова в силе воли, могуществе духа». По этому поводу выдающийся литературный критик XIX века В.Г.Белинский писал:«Защитники дома и чести проявили перед лицом царя и перед лицом смерти такое непоколебимое мужество и смелость, которые могут быть названы героическими. Борцы за правое дело становятся мучениками за правду». Темы чести и достоинства остаются «вечными» в нашей литературе

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

1 Новосельцев А.П., Пашуто В.Т., Черепнин Л.В., Шушарин В.П., Щапов Я.Н. Древнерусское государство и его международное значение. М., 1965. C. 302—305.

2 Там же. С. 304.

3 Лев Диакон. История. М., 1988. С. 79.

4 Договор («Правда») Смоленска с Ригою и Готским берегом // Памятники русского права / Под ред. С.В. Юшкова. М., 1953. С. 55—75. 5 Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций в трех книгах. Кн. 1. М.: Мысль, 1993. С. 181, 182.

6 Русская Правда // Российское законодательство Х—ХХ веков: В 10 т. Т. 1. М.: Юридическая литература, 1984. С. 65.

7 Слова и поучения Серапиона Владимирского // Библиотека литературы Древней Руси. XIII в. СПб.: Наука, 1997. Т. 5. С. 380.

8 Русская Правда. С. 92.

9 Псковская судная грамота // Российское законодательство Х—ХХ веков… Т. 1. С. 335.

10 Судебник 1550 года // Российское законодательство Х—ХХ веков… Т. 2. М.: Юридическая литература, 1985. С. 100.

11 Там же. С. 99.

12 Герберштейн С. фон. Записки о Московии. М.: МГУ, 1988. С. 120.

http://history.milportal.ru

Приложение

Рис 1

Рис2

Рис3

Рис 4

Рис 5

Просмотров работы: 407