XXVII Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся

Старт в науке

Введение

Проблема правосудия, его существования и существования справедливости, занимает одно из центральных мест в мировой и отечественной литературе. На протяжении веков писатели, отражая социальные и моральные проблемы своего времени, обращались к сложным вопросам законности, вины и наказания, стремясь понять и объяснить природу человека и человеческой души и её отношение к моральным и юридическим нормам. Данный проект посвящен исследованию темы правосудия в литературе на примере двух знаковых произведений: романа Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» и романа Х. Ли «Убить пересмешника».

Выбор этих произведений обусловлен их значительным вкладом в осмысление проблемы правосудия с разных перспектив. «Братья Карамазовы» предлагают глубокий философский анализ юридических и моральных аспектов вины и ответственности, затрагивая вопросы божественного и человеческого суда. «Убить пересмешника», в свою очередь, поднимает проблему расовой дискриминации и предвзятости в американской судебной системе 30-х годов XX века, демонстрируя влияние социальных предрассудков на объективность правосудия.

Актуальность исследования определяется увеличивающейся значимостью вопросов справедливости и законности в современном обществе. Проблемы предвзятости, дискриминации и несовершенства судебной системы остаются актуальными и сегодня. Анализ литературных произведений, поднимающих эти вопросы, позволяет не только лучше понять исторический контекст, но и критически оценить реалии правосудия в рамках литературного процесса, способствуя формированию осознанной гражданской позиции.

Целью проекта является сравнительный анализ точек зрения на правосудие, представленных в данных произведениях, выявление общих черт и различий в подходах писателей зарубежной и отечественной литературы к раскрытию этой сложной темы.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

• Определить тенденции обращения к теме правосудия в произведениях отечественной и мировой литературы.

• Проанализировать основные концепции правосудия, заложенные в романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы».

• Исследовать отражение проблемы расовой дискриминации в системе правосудия в романе Х. Ли «Убить пересмешника».

• Сравнить исторические и социальные аспекты представлений о правосудии в рассматриваемых произведениях.

• Выявить художественные приемы, используемые авторами для иллюстрации темы.

• Определить влияние контекста времени и культуры на формирование представлений о правосудии в каждом из произведений.

Проблема исследования – трудности интерпретации темы правосудия в рамках школьного литературного образования, на примере избранных произведений (Ф. М. Достоевский «Братья Карамазовы», Х. Ли «Убить пересмешника»), включённых в основную и углублённую программы по предмету.

Используемые методы исследования – анализ, сравнительный анализ, сопоставление и синтез (в межкультурном и международном пространстве).

Практическим результатом исследования является систематизированный анализ литературных произведений, позволяющий получить более глубокое понимание проблемы правосудия и ее различных аспектов. Результаты исследования могут быть использованы в образовательном процессе (на уроках литературы, истории, обществознания) для формирования у учащихся критического мышления и осознанной гражданской позиции, а также для дальнейшего изучения темы правосудия в литературе и обществе.

Данная работа включала в себя несколько этапов.

1. Подготовительный этап. Определение темы проекта, цели и постановка задач. Выяснение актуальности и значимости избранной темы, оформление плана проектной работы, формулировка конечного продукта деятельности.

2. Этап анализа. Анализ литературы и интернет-источников по проблеме, выбор пути достижения цели. Ознакомление с произведениями Ф. М. Достоевского и Х. Ли, и других произведений, захватывающих тему правосудия.

3. Практический этап. Составление текста проекта, оформление списка источников и использованной литературы. Создание презентации. Подготовка речи для защиты проекта. Защита проекта.

Был проведен ряд исследований, которые помогли раскрыть тему проекта. Изучены произведения, которые наиболее ярко показывают тему исследования. Художественные произведения проанализированы. Результатом анализа стало краткое описание сходств и различий, связанных с темой настоящего исследования.

На каждом этапе по плану были изготовлены:

1. Подготовлены материалы для дальнейшего исследования.

2. На втором и третьем этапе были проанализированы материалы, создан проект и презентация.

3. На третьем этапе составлена речь для защиты проекта.

ГЛАВА 1. ТЕМА ПРАВОСУДИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ

1.1 Правосудие как тема в жизни и творчестве

Ф. М. Достоевского и Х. Ли

Представляя вниманию Харпер Ли и Фёдора Михайловича Достоевского, мы подготавливаем почву для анализа их выдающихся произведений, судебные несправедливости нависают тенью над их жизнями; Харпер Ли, автор «Убить пересмешника», столкнулась с иронией судьбы, когда оглушительный успех её дебютного романа обернулся бременем, помешавшим ей создать новые произведения, а издание «Пойди поставь сторожа» вызвало подозрения в использовании писательницы, находившейся в преклонном возрасте; Фёдор Достоевский, гений «Преступления и наказания» и «Братьев Карамазовых», пережил арест, смертный приговор, заменённый каторгой, что оставило неизгладимый след в его душе, а постоянные финансовые проблемы и эпилепсия омрачали его существование, определяя трагическое величие его литературного наследия.

Эти два писателя, разделённые временем и культурой, объединены не только литературным величием, но и личными испытаниями, оставившими глубокий отпечаток на их творчестве. Ли и Достоевский, каждый в своей уникальной манере, исследовали моральные дилеммы, справедливость, человеческую природу, добро и зло– вечные вопросы, которые продолжают волновать читателей и по сей день.

В случае Харпер Ли её единственный роман, «Убить пересмешника», стал символом борьбы за справедливость и равенство, однако собственная жизнь писательницы после публикации романа была омрачена повышенным вниманием и творческой блокировкой. Она словно оказалась в тени собственного успеха, не в силах создать нечто столь же значимое, что породило спекуляции и дискуссии о её дальнейшей творческой судьбе.

Жизнь Достоевского, напротив, была полна внешних потрясений и внутренних терзаний. Опыт каторги, вызванный его участием в кружке петрашевцев, не только оставил глубокий след в его психике, но и повлиял на его мировоззрение, углубив его интерес к человеческой природе, к вопросам веры и морали. Финансовые трудности и эпилепсия лишь добавляли трагизма в его существование, превращая жизнь в постоянную борьбу.

Таким образом, судьбы Харпер Ли и Фёдора Достоевского, несмотря на различия в контексте их жизни и творчества, свидетельствуют о том, что великие произведения искусства нередко рождаются из личных страданий, преодоления трудностей и глубокого понимания человеческой природы. Они оба оставили неизгладимый след в мировой литературе, вдохновляя читателей и заставляя задуматься о вечных вопросах бытия.

1.2 Тема правосудия в литературном процессе

В рамках нашего исследования обязательно обратить внимание на произведения, включающие в сюжет судебный процесс (предполагаемое отсутствия нераскрытой роли правовой системы).

Правосудие и суд, безусловно, являются классическими элементами во множестве литературных произведений. Выполняя, в свою очередь, раскрытие долгожданной кульминационной развязки – важнейшей части сюжета, способной максимально завершить определённый конфликт.

Однако наиболее интересную роль способен выполнить именно мотив «отсутствующего суда».¹ В данном случае у нас судебный процесс по каким-либо причинам избегается автором, оставаясь, так скажем «за кадром». Но сознательное умолчание, ни в коем случае не лишает правовую систему таковой возможности повлиять на подразумеваемый конфликт. Поэтому мы легко можем заметить, что столкновение двух позиций будет взаимодействовать в иных аспектах. К примеру, в социальных, моральных и психологических моментах, благодаря чему явно усиливается терзающий и глубокий внутренний драматизм персонажей.

Рассмотрим ряд художественных произведений, исследовав некоторые контексты, способные доказать, как выявлено выше «психологический драматизм». Выделяющий несправедливость судебных процессов вне рамки рассматриваемых правосудий.

Предлагаем для начала внимательно изучить популярнейшую трагедию Уильяма Шекспира «Ромео и Джульетта». Мимолётно перейдём к проблеме явного отсутствия судебного разбирательства. Ведь незамедлительно бросается в глаза два совершенных убийствах: Тибальт убивает Меркуцио/ Ромео покушается на Тибальта. (Князь решает изгнать Ромео, устроив вместо казни – ссылку.) Это действие, вместо попытки разрешения конфликта, лишь усугубляет его. Раз князь Эскал оснащён величеством, так и полнейшей наличием власти, что мешает ему устроить суд, вынести справедливый приговор? Но суд в «Ромео и Джульетта» был абсолютно бесполезен, ведь сами проблемы разрушительной вражды и предрассудков не подвластны решением закона. В результате, читатели даже могут не задумываться, что данный приём помог автору в полной мере раскрыть крах публичного правосудия; подвёл к суждениям над неким «торжеством» слепой родовой вражды.

Стоит затронуть величайший философский роман «Преступление и наказание» Фёдора Михайловича Достоевского. Очевидно, что в произведении происходит «нравственный суд», вместо осуществления формального судебного заседания.² Аналогично, что автор пошёл совершенно другим путём, оставив жестокое двойное убийство на совести Раскольникова. В кульминации мы наблюдаем острые мучения Родиона Романовича, его язвительное признание Сонечке. Включить в ход действия специфический уход от юридического правосудия – стало необходимым этапом. Прямым следствием, показывающим, как настоящее наказание ожидает преступника не в жалком отбывании каторги, а неутолимых душевных страданиях, поглощающих в терзанья за совершенные грехи.³

Завершаем речь об «отсутствии суда» - произведением, содержащим концепцию «безнаказанности, как признак вседозволенности». («Великий Гэтсби» Френсиса Скотт Фицджеральда).

Наличие суда было необходимо в романе. В нём совершены тяжкие преступления, требующие вскрытия справедливости, но не условной ликвидации улик и отчуждённого бегства с мест происшествия.

В финале «Великий Гетсби» указано три смерти. (Джей Гэтсби – убит; Миртл Уилсон – сбита машиной; Джордж Уилсон – самоубийство после покушения на Гэтсби, ввиду осуществления мести). Для установления виновных не обойтись без расследования и самого судебного процесса, если рассуждать в рамках закона. Преступники же, без угрызения совести остаются жить в богатстве и безнаказанности, а немой свидетель Ник Каррауэй на свободе. Подмечаем, что снова использован приём, когда автор целенаправленно не вводит суд, используя метафору «полного морального банкротства». Таким образом, финал романа открыт, показывая суд, который основан на морали падения «американской мечты».

В отличие от художественных произведений, где правосудие осталось «за кадром», стоит углубиться в те, что содержат судебные процессы на переднем плане. Наличие суда в повествовании способно максимально усилить сюжетное и эмоциональное напряжение. Выявляя формальное разрешение конфликтов, не скрывая то, что должно стать явным. Благодаря чему автор спокойно обращается к вопросам права и совести, вины и наказания.

Исследуем роман «Воскресение» Льва Николаевича Толстого. В нём до мельчайших деталей описано заседание, в котором судят Катюшу Маслову, обвиняемую в убийстве купца. (Снотворное оказалось ядом; кроме неумышленного убийства мужчина оказался ограблен). Подсудимая осуждена несправедливо, в дальнейшем следствие установит, что преступление спланировано знакомыми Катерины. В следствии становится невольной сообщницей дела, признана виновной, приговорена к 4 годам ссылки в Сибирь. Присутствие суда превозносит сильнейшее влияние бюрократической системы на попытки обречённой героини быть оправданной Нехлюдовым. Продемонстрировало проявление сословных предрассудков со стороны присяжных; установило некий разрыв истинной справедливости, морали. Что незамедлительно приводит к «воскресению» совести главного героя – Дмитрия.

Следующим примером послужит зарубежный роман «Посторонний» Альбера Камю. Он интересен разоблачением судьи над личностью, а не обсуждением абсурдности совершённого преступления. (Мужчина убивает араба на пляже, ввиду жары, отнявшей рассудок). Заседание насыщено осуждением Мерсо по совершенно другим причинам, которые не относятся к процессу. – «В нашем обществе любой, кто не плачет на похоронах матери, рискует быть приговорённым к смерти». Суд в произведении помог в полной мере раскрыть конфликт между «посторонним» в обществе французе и лицемерным жюри присяжных. Считающих верным одновременно: быть равнодушными к вынесению смертного приговора за преступление, не считавшееся в те времена «тяжким» и при этом осуждать героя за бездушие, жестокосердие.

В основе следующего зарубежного романа лежит реальный случай убийства 1906 года. (В «Американской трагедии» Теодора Драйзера.) Клайда обвиняют в умышленном убийстве своей беременной возлюбленной на озере. - Мужчина желал устроить несчастный случай, когда Роберта могла утонуть в водоёме, по сути так и вышло. Мужчина перевернул лодку, наблюдая за происходящим. Также главный герой является свидетелем убийства ребёнка, которого насмерть сбивает машина друга. (Клайду удаётся избежать наказания.) Документально описан судебный процесс. От сбора улик следствием, до вынесения заслуженного приговора.⁴ В итоге Клайд приговорён к смертной казни, адвокат проигрывает заседание. По крайней мере, в отличие от Мерсо в романе «Посторонний» герой приходит к долгожданному осознанию своей «Американской трагедии».

ГЛАВА 2. АСПЕКТЫ ПРАВОСУДИЯ В ЛИТЕРАТУРЕ.

2.1. Тема правосудия в романах Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» и Х. Ли «Убить пересмешника».

«Братья Карамазовы» и нравственный выбор.

«Убить пересмешника» и справедливость в мире предубеждений.

Судебный процесс и явление правосудия в литературе является художественным приёмом, необходимым автору для решения множества вопросов. Важно отметить философские, исторические, моральные и социальные аспекты. Выраженные в формах прямого изложения, употребляя метафорические образы. Правосудие в литературе представлено посредством изображения судебных процессов и в последующей критике правовой системы, с учётом анализа существующих проблем.

Для литературоведческого анализа были избраны произведения, в которых раскрыты судебные процессы («Братья Карамазовы» Фёдора Михайловича Достоевского, Харпер Ли «Убить пересмешника»). Столь разные романы, созданные не только в разные века, но и в разных литературных направлениях, оказались примечательными для анализа сходств и различий. Содержание книг обязывает рассмотреть концепции двух разных судебных заседаний в разных системах правосудия. Наличие праведности персонажей способно воплотить суть нравственности в нечто большее, чем проповедника истины. Как и изучение разных идеологий, приверженных целенаправленному раскрытию концепций проблем в русском и американском обществе. Которые, в свою очередь, ярко выражены в развитии сюжетов. Также включают в себя непрерывный накал обстановки, буйные сопротивления обвиняемых и давление со стороны прокуроров. Имеет место быть острота столкновения двух реалий.

Обратимся к философскому роману Достоевского. Он содержит метаморфозы, раскрывшие в полной мере нестабильное внутреннее состояние героев, а если быть точнее – трёх братьев Карамазовых.⁵ К примеру, если взять Дмитрия Павловича, ставшего единственным подозреваемым в убийстве отца, то суд в его жизни стал толчком к явной смене мировоззрения и возможной трансформации в дальнейшем. Если учитывать, что судимость постепенно подталкивает старшего брата к переосмыслению жизненного пути. И частичному смирению от несправедливого вынесения приговора, решив о необходимости приблизиться к Богу. После чего, собственно, подходит к мгновенному, отчасти глубокому раскаянию, осознавав аморальность мыслей об отцеубийстве. Он утверждает, что в жуткой ненависти к отцу виновен, а в преступлении – нет, в чем отчасти прав. Также довольно неоднозначно складывается наше отношение к герою, его приговору. Срок выдвинут весомый, если брать во внимание, что к убийству Фёдора Павловича не причастен. Смердякова подвёл к убийству Иван, используя в своих убеждениях атеизм в горячей форме. Поэтому возникают противоречия, с одной стороны Дмитрий – безрассуден и дико распущен, как и виноват в заслуженном приговоре со стороны общества. А с другой, как правило – осуждён ошибочно и решение суда в конечном итоге оказалось ложным.

На основании вышесказанного, «Братья Карамазовы» оказались хорошим произведением для нашего анализа. Если взять центральную роль адвоката как «голоса совести», то Фетюкович у нас блестящий адвокат и стратег.⁶ Выполняет свою работу путём достижения победы на заседании, важно отметить «любой ценой». Профессионально подрывает доверие в суде к реальным доказательствам, имеющим весомую формальность.

Переходя к зарубежному роману «Убить пересмешника», нельзя сказать того же, про защитника Тома Робинсона. Аттикус Финч – стал воплощением великого адвоката, работающего на совесть и честность.⁷ Он символизирует защиту, как основу здравого поведения, даже если закон бессилен. Конкретно в романе показан расизм, как одна из главных причин по которым мужчине - безжалостно вынесли смертный приговор. Также мы учитываем лжесвидетельство обвинителей.

В произведении судебная система идет против обвиняемого, как и в «Братьях Карамазовых». Поэтому, не смотря на выдвижение достойных доказательств, имитирующих факт невиновности Тома Робинсона - восстановить справедливость не удалось!

Следовательно, мы приходим к выводу, что оба романа представляют бесчестную систему правосудия, которая действует в одну сторону, в данных случаях устраняет «преступников», игнорируя наличие опровержимых доказательств со стороны виновных. Таким образом, оставляя осуждённых без права быть оправданным, так и услышанным. Ведь если рассмотреть печальную судьбу Тома Робинсона, то у него бессовестно забрали свободу, а впоследствии и жизнь при побеге из тюрьмы. Перед нами – яркий пример того, как укоренившиеся расовые предрассудки оказывали решающее влияние на исход судебного процесса, демонстрируя верховенство власти жюри присяжных над законом.

2.2. Определение вины и виновности (Смердяков и Робинсон)

Выделенные доводы в пользу виновности Павла Смердякова:

1. Следует начать с очевиднейшей причины, она подразумевает осознание убийцей вседозволенности, приводящей к совершению безнравственных поступков, сопровождающихся безумными мыслями о покушении на родного отца.

2. Пылкий спор между Иваном и Павлом постепенно наполняется аморальностью. К концу диалога между героями - Павел Фёдорович приходит к выводу, основываясь на уверенные утверждения среднего брата, вызвавшие рассуждения над грехом и наказанием. Которые совершенно не пугают, а наоборот призывают к условному «освобождению» от предрассудков. Обращаясь к Ивану: «Вы тогда много раз говорили, что «всё дозволено», если только умного человека на свете не будет. Если Бога нет, бессмертия и души нет, значит, и никакой добродетели не нужно, значит, всё дозволено было… и я отсюда вывел, что если Бога нет и бессмертия души, значит какой же я потом должник, так и жить не надо по - божьи? Значит всё дозволено».⁸

Следовательно, из данных утверждений организовано и так показываемое со стороны - намеренное соучастие Ивана при убийстве Фёдора Карамазова. Ведь он знал о жуткой ненависти, накапливающейся внутри Смердякова, понимал действия и последствия. Без негласного соглашения на убийство и выдвинутой темы безнаказанности, он бы не решился на отчаянный поступок, а после на самоубийство, в силу осознания произошедшего преступления. Оправдываясь и объявляя «настоящим» убийцей – Ивана Карамазова. «Вы убили, вы и есть главный убийца, и есть, а я только вашим приспешником был, слугой Личардой верным, и по слову вашему дело это и совершил…»

3. Далее необходимо затронуть оправдание ненависти Смердякова к отцу, ввиду незаконного рождения. Человек на протяжении жизни жил в презрении перед обществом, с которым не мог должно справиться и достойно пережить. «Я всю Россию ненавижу…» Аналогично, что герой, настрадавшись, – требует справедливости, хочет преподать урок отцу, отомстив за сломанную жизнь, избавившись от лишнего человека в жизни, приносящего нестерпимые страдания и позор. «Ненависть к низкому происхождению доходит у него до жажды собственного уничтожения ещё во чреве матери».

Вследствие, выделенные причины виновности являются основными в развитии действий, предполагая интересную взаимосвязь с сюжетом. Преступление развивается постепенно, учитывая сильнейшее разочарование героя в отце, братьях. «Я прежде вас здесь родился, и они мне не указ, а напротив, они обязаны меня, единственного сына, от сего поношения избавить». Соответственно, Иван позволил выйти наружу ненависти Смердякова, совершившего умышленное убийство, переложив на Павла последующую ответственность, следовательно, допустив фактическое воплощение страшнейшего греха – отцеубийства. (Произошло намеренное нанесение удара по голове пострадавшего с помощью пресс-папье).

Переключаясь на точку зрения автора, исход вышел сомнительный. Ведь Фёдор Михайлович не высказывает напрямую своё личное мнение, оставляя позицию виновности на усмотрение читателя, его мыслей. На протяжении прочтения подробно раскрывается порочная личность Павла Фёдоровича, а конкретно акценты выставлены в религии «без веры». В которой Достоевский наглядно показал признак «духовной смерти» Павла Фёдоровича, давно лишённого смирения и страха Божьего. Герой рассуждает с Григорием Васильевичем о христианской вере, где напрямую говорит о сомнениях в её существовании. На самом деле же, оправдывает собственный атеизм, обесценивая господство Бога, подмечая «дурость» верующих, тем самым, гнусно возвышая превосходство над верующими людьми. «… рассудите сами… ведь сказано же в Писании, что коли имеете веру хотя бы на самое малое даже зерно и притом скажете сей горе, чтобы съехала в море, то и съедет, нимало не медля, по первому же вашему приказанию. Что же… коли я неверующий, а вы столь верующий, что меня беспрерывно даже ругаете, то попробуйте сами-с сказать сей горе, чтобы не то чтобы в море…но даже хоть в речку… съехала…то и увидите сами в тот же момент, что ничего не съедет-с, а всё останется в прежнем порядке и целости, сколько бы вы не кричали-с. А это означает, что и вы не веруете… надлежащим манером, а лишь других за то всячески ругаете…».

Следом, происходит уместное для «мёртвой изнутри» личности окончательное и неизбежное самоуничтожение. Смердяков боялся понести уголовное наказание, даже получил деньги, потерявшие смысл после осуществления греха, которого как раз не боялся воспроизвести, предполагая получить желаемое удовлетворение от убийства, спустя долгие годы мучений, заставлявших жить в несчастье и долгих терзаниях души.

Обратившись к литературной критике, выделены следующие доводы о виновности Павла Смердякова:

В книге М. М. Бахтина «Проблемы поэтики Достоевского» присутствует анализ вины Павла Фёдоровича, однако не написано прямо о его виновности. Михаил Михайлович считал, что Ф.М. Достоевский создал новый тип романа «полифонический» (многоголосый). В сути которого представлено множество «равноправных сознаний», а не один авторский голос. Как и главный герой романа является «воплощённой и одушевлённой идеей», живущей в сознании персонажа. «…как особой точки зрения на мир и на себя самого, как смысловая и оценивающая позиция человека по отношению к себе самому и по отношению к окружающей действительности».⁹

В следствии, в романе Смердяков стал голосом в общей симфонии идей, являясь «искажением» пагубных идей Ивана о той же вседозволенности. Вина Павла – это вина его идеи, которая будучи реализованной приводит в первую очередь к идеологической, далее к физической человеческой незавершённости, проявившейся в внезапном самоубийстве. Данная мысль выражена во второй главе «Герой у Достоевского» в виде концепции «теоретик – практический вывод»: «Иван Карамазов – это «теоретик», строящий идею, а Смердяков – его «практический вывод» …¹⁰ Смердяков – это «идея Ивана», но увиденная не в зеркале философского сознания, а в зеркале жизненной практики, и поэтому – страшно искаженная, опошленная».

Похожая мысль причины выстроена в статье В. В. Розанова «Легенда о Великом инквизиторе Ф.М. Достоевского».¹¹ В ней показан подробный разбор «внутреннего бунта» Смердякова, описываемый в углублённых философских рассуждениях: (по поводу связи романа с «Легендой о Великом инквизиторе»). Так же, как у М. М. Бахтина упор поставлен на ключевые идеи Ивана Карамазова, только у Розанова – Смердяков «зеркало», в котором Ивану пришлось увидеть собственное отражение. Подчёркивается роль «ученика», доводящего до конца безрассудный поступок - «Он эксперимент, ставящий опыт над жизнью»; «Иван, сам того не желая, отпустил на волю демона, и этот демон, воплотившийся в Смердякове, предъявил ему страшный счёт.… Это их общая, неразделимая вина, где один – теоретик, а другой – практик».

Стоит рассмотреть неочевидные и спорные причины виновности Смердякова:

Особого внимания достойна «Символика христианского календаря в произведениях Достоевского» Н.В. Захарова, установивший, что Ф.М. Достоевский - выстраивал хронологию своих романов, основываясь на сопоставление важнейших событий к датам православного церковного календаря. Поэтому вина главного героя раскрыта с невероятной точностью, отталкиваясь от сопоставления дат с противозаконностью. Убийство Фёдора Павловича происходит в определённый день, а точнее в ночь с 1 на 2 ноября по старому календарю. Даты обозначали – 1 ноября (канун дня памяти Космы и Дамиана, врачей, лечивших людей безвозмездно); 2 ноября – день памяти конкретных святых. Хронологический выбор не случаен, Достоевским был создан сильнейший метод сравнения чистого бескорыстия святых и язвительной корысти Павла. Убив отца, он осквернил идеи самоотверженности, великодушия, олицетворяемые Космой и Димианом. Описываемое действие добавляет мерзости и чудовищности к согрешению главного героя.

В статье А. М. Буланова – «Братья Карамазовы»: структура романа и его поэтика». Содержит расследование неразрывной связи идей, приводящих к вине и раскрытию дальнейших судеб персонажей. Наиболее примечательной оказалась композиционная роль объединения Смердяковым сюжетных линий, ведь связан с каждым из трех сводных братьев. (Реализовав с Иваном идейную связь ненависти к людям и миру в целом, со старшим сыном Карамазова - фактическую связь на основе денег - три тысячи рублей, которые ищет Дмитрий и в последствии крадёт Павел. С Алексеем связь холодного безразличия при совершении беззакония; Иван и Алёша были предупреждены о грядущем преступлении, по всей видимости сознательно желали смерти отца, не содействуя в предотвращении). - В итоге каждого из братьев Карамазовых настигает кара за бездействие. Дмитрий признан виновным, включая приговор на каторге, а Ивану предначертано сойти с ума, живя с виной перед родителем. Вина Смердякова в романе является «искупительной жертвой», положившей начало горького и нравственного переосмысления «утерянного» жизненного пути.¹²

В работе В. Е. Ветловской «Проблема нравственного идеала в творчестве Достоевского»¹³ - выделен анализ востребованной темы отцов и детей. В статье доказано, что грех отцов является серьёзнейшей первопричиной к началу развития плачевной трагедии. Для правильного осознания вины героя потребовалась кропотливая работа в разборе нравственно-онтологического смысла произведения, лежащего в центре поднимаемых тем греха и возмездия. Фёдор Павлович показан ужасным отцом, виновный перед всеми детьми. (Спровоцировал яростный денежный конфликт за наследство с участием Дмитрия; в Иване воспитал презрение к обществу; олицетворял всяческие унижения Алёши в форме эмоционального насилия, что заметно в насмешках над верой и оскорблением религиозной святыни – кощунство, с учётом идей, содержащих цинизм и сладострастие; к Павлу испытывает ненависть – незаконнорождённый сын напоминает о связи с юродивой (Лизаветой Смердящей), об отцовском долге перед ним. Разрушив крепкую связь со своими сыновьями, так и между ними. Особенно, когда Дмитрий становится врагом для отца, по причине влюблённости в одну женщину, а брат врагом для брата. Внимание уделено сцене, в которой старший сын оказался проклят отцом, «…будешь, ты подлец, проклят, как былинка»! Родительское проклятие предопределяет дальнейшее развитие трагедии: «Отец, отпусти ты мою кровь… Пролей мою кровь, не бойся греха…»

Выделенные доводы в пользу «виновности» Тома Робинсона:

1. Добровольное признание обвиняемым присутствия на месте происшествия при отсутствии свидетелей. (Под вопросом находится наличие «невинных» намерений мужчины, учитывая абстрактную цель совершённого визита к Мэйелле Юэлл.)

2. Наличие у судимого потенциального мотива к совершению преступления. Являясь представителем другой расы, - действия Тома Робинсона могли сопровождаться «побуждениями», выходящими за рамки обычной помощи. Совершаемой, опираясь на контекст из-за «сострадания», простой человеческой помощи.

3. Безосновательный способ преступника осуществить собственную защиту, руководствуясь безуспешными попытками объяснения своей стороны, согласно оправданию, в силу проявлению регулярной помощи Мэйелле Юэлл. Рассматриваемый способ быть оправданным расценен как намеренное введение в заблуждение, выступив, в роли «добродетель», что приводит к незаметной попытке скрыть истинные намерения по мнению жюри присяжных.

4. Задержание мужчины, как попытка уклонения от правосудия. Станет ли человек, свидетельствующий о невиновности «бежать», стараясь уклониться от следствия?

5. Выдача достоверных показаний со стороны потерпевшей, идентифицировавшей обвиняемого, как преступника, совершившего намеренные насильственные действия по отношению к ней.

6. Неудачные попытки адвоката со стороны обвиняемого исполнить оправдание судимого, согласно наличия серьёзных проблем. (в физическом плане). Использовав в речи, уверенные и одновременно глупые утверждения, содержащих сведение о «травмированной» левой руке, по сути, если правая являлась работоспособной при совершении преступления. «Теперь есть косвенные доказательства того, что Мейелла Юэл была избита – жестоко, кем-то, кто бил исключительно правой рукой. А том Робинсон сейчас сидит перед вами, произнёс клятву своей единственной здоровой рукой – правой».

7. Опровержение прокурором веских причин для поступления заведомо ложного обвинения Тома Робинсона. - Происходит очевиднейшее свидетельство в пользу достоверности показаний, выдвинутых женщиной.

Анализ «виновности» Тома Робинсона с авторской позиции:

*Нарушение неписанного расового кодекса. Вина мужчины заключалась в нарушении негласных норм поведения, существовавших между белыми и чёрными людьми.¹⁴ Бескорыстная помощь, в виде адекватного и доброго дела - сочлась расистским обществом за «преступление», в связи с «нарушением личных границ». Человек изначально был осуждён белыми людьми, посмев среди них почувствовать себя «равным». («Том был обречён в ту самую минуту, когда Мэйелла Юэл подняла крик»).

*Сохранение правовой системой в Мэйкомбе принципа (предвзятых предрассудков): «белый человек всегда прав», в следствии, обращаясь к чернокожему, то его слова не имеют ни то, чтобы «должной», а скорее нулевую ценность – зафиксированную в обществе. («Когда у нас в суде белый выступает против чёрного, выигрывает всегда белый. Такова неприкрашенная правда жизни».)

*Герой в романе – потенциальная жертва, чья виновность была необходима для подтверждения «превосходства» Мэйкомбского общества. Которое, имея власть, способно лишь к поддержанию строгого соблюдения господствующих норм. Действуя, против «преступника» - для установления «справедливости», посадив «виновного».

Позиция критиков и литературоведов относительно «виновности» Тома Робинсона:

В большинстве статей главный герой рассматривается со стороны невинной жертвы, что схоже с авторской позицией. Подход к раскрытию влияния роли предрассудков на правосудие не имеет явных различий, которые могли бы подвести к множеству различных сторон.

Клаудия Дёрст Джонсон в статье: «The Secret Courts of Men’s Hearts: Code and Law in Harper Lee’s To Kill a Mockingbird»¹⁵ - («Тайные суды мужских сердец: Раса и правосудие в романе «Убить пересмешника»). – Разобрала доводы обвинения чернокожего мужчины с досконального подхода, выяснив содержание конструкции правовой системы. Работу сильнейшей предрассудочной системы; её суть, действия и последствия.

К примеру, показаниям Мэйеллы Джонсон и Боба Юэлла поверили по причине существования в городе двух систем правосудия. Официальный суд, распоряжавшийся законами и поставленными фактами, и «Тайный суд мужских сердец» одновременно занимающий позицию главенствующего. Сохраняющий имеющийся социальный порядок, используя расовые «кодексы» и предрассудки. Благодаря «Тайному суду» была заложена основная первостепенная победа в заседании. Последствием стало вынесение твердейшего вердикта обвинительного приговора. В интересующем положении находится защита белой женщины, вопреки кропотливого старания Аттикуса Финча – опровергнуть выдачу лживых показаний. («Обвиняемый невиновен – но кто-то в этом зале виноват»).

Кэролайн Джонс в статье: «Atticus Finch and Mad Dog: Harper Lee’s To Kill a Mockingbird». - («Аттикус Финч и бешеная собака «Убить пересмешника Харпер Ли»). - Удачно проводит сопоставление двух взаимосвязанных частей сюжета - (в виде метафоры), анализируя роман, при обращении к важности символизма.

Участие Робинсона в эпизоде с бешеной собакой. (Содержание десятой главы романа повествует о следующем: адвокат главного героя убивает «Тим Джонсон» - собаку, болеющую бешенством «болезнью общества». Подразумевается расизм, как представление очевидной параллели. Необходимо уточнить, что в данной работе Керолайн – уверенно утверждает о следующей символике: общество Мэйкомба всеми силами пытается справиться с «настигшими угрозами» в социальном плане. - Том Робинсон - стал «носителем» опасности, нарушив расовую систему (не соблюдая определённые дозволенности). Следовательно, объясняется неизбежность вынесения смертельного приговора для «уничтожения» жертвы, посмевшей нарушить дозволенные расовые границы. – Подтверждение которых целенаправленно имеет высокую силу на публике. (Для своеобразной демонстрации силы и создания «видимости» решения интересующей проблемы, где выявить «вину» являлось наиважнейшим этапом). «Я не идеалист, чтобы слепо верить в честность наших судов и системы присяжных – для меня это не идеал, это живая, действующая реальность».

Сборник статей под редакцией Остина Сарата: «To Kill a Mockingbird and Law». - (Убить пересмешника и закон). Проведена глобальная работа юристов и правоведов над составлением качественного анализа дела с юридической стороны. В нём доказано существование описанных реалий американской судебной системы 1930-х годов через происходящий судебный процесс над Томом Робинсоном. Утверждение вины главного героя имело принципиальный ход! Это подтверждают и вышеперечисленные статьи. Действия Аттикуса Финча по защите чернокожего мужчины, обвинённого белой женщиной были неимоверно чётко и превосходно выполнены, но выиграть на суде заседания оказалось невозможно, в силу действия существующих правовых систем, ограничивающих права чёрных людей. («Единственное, что не подчиняется правилу большинства, – это совесть человека»). Достоверность показаний со стороны обвинителей оказалась наиболее достоверной, благодаря определению, основанному на расе и классе. – (Наиболее правдоподобным судом присяжных считано свидетельство Боба Юэлла (отца «потерпевшей»), несмотря на отсутствие подтверждения со стороны Тома Робинсона и опровергнутых «доказательств» опытным адвокатом.) Важно отметить содержание в сборнике проведённых параллелей между делом главного героя и реальными историческими процессами, особенно со схожим контекстом. К примеру дело «Скоттсборо» 1931 года: девять чернокожих подростков, обвинённых в умышленном применении насильственных «действий к двум белым женщинам).

Заключение

В качестве итогового вывода для проведённого исследования позволяется с уверенностью утверждать не только о равном и справедливом правосудии. Широко углубившись в русскую и зарубежную литературу не составит труда отыскать множество спорных судебных заседаний. Стоит только разобраться в немногих случаях, как стынет кровь в жилах, если заглянуть на судебные процессы, начиная с погружения в художественные и юридические точки зрения, весьма циклично сопутствуя с глубиной философского и нравственного анализа. Безусловно, были рассмотрены произведения с намеренным избеганием суда. Учитывается применение целенаправленных авторских стратегий в детальном описании заседаний, доведённые до логического завершения, использовав вину, возмездие, истину.

Современные интерпретации темы правосудия на основе данных классических произведений подтвердили, что весомая проблематика, поднимаемая Ф. М. Достоевским и Х. Ли являются вневременными. Так или иначе, романы имеют прямое отношение к подлинному правдоподобию, остроте отражения вечных конфликтов, требующих максимально справедливых разрешений, несомненно качественным правосудием. Без преклонения к жесточайшим мерам предрассудков, предоставляя покорное предпочтение к развитию равнодушия к подсудимым, чёрствости правосудия.

Сопоставительный анализ романов Достоевского и Ли выполнен в данной работе с уклонением на критическое исследование. Об этом свидетельствуют выявленные различия с опорой на эпоху, культуру, так и пугающие сходства однотипной работе судов. Для обоих писателей прописанные судебные заседания постепенно подводят читателя к немало важному, главному суду над «мейкомбском» расистским обществом 1930-х, и озлобленным русским обществом 1870-х годов.

Таким образом, исследование изображения в рамках художественных произведений темы правосудия подводит к выводу, что правосудие в литературе позволяет идти дальше установленного, переступая границы самого сюжета. Увидеть зеркальное общество в романах недостаточно, как подытожить добросовестные вопросы о суровой справедливости, ложной или подлинной вине, искомой человечности. Настоящий нравственный суд не будет окончен после закрытия книги, оставшись в голове и совести читателя, который после прочтения становится «последним судьёй» - персонажей, отчасти и самого себя, личного общества. Литература о суде не выносит приговор, а даёт испытать отчётливое осознание выстраданной справедливости, которая между автором и читателем не навязывается, а вынашивается в сознании, превращая из зрителя в участника собственного правосудия.

1 Изюмская, С. С. Вопросы судопроизводства в художественных текстах Ф. М. Достоевского (на материале произведений «Преступление и наказание», «Братья Карамазовы») / С. С. Изюмская // Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2018. – № 2-1(80). – С. 26-30. – EDN YODNCB.

2 Денисова, А. В. § 9. Юридические нормы и нравственный закон в произведениях Ф.М. Достоевского / А. В. Денисова // Юридические формы пере-живания истории: практики и пределы. – Санкт-Петербург : Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2020. – С. 207-219. – EDN CKWVKD.

3 Пис, Р. Правосудие и наказание: «Братья Карамазовы» / Р. Пис, Т. А. Касаткина // Роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»: современное состояние изучения / Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН. Том 2. – Москва : Академический научно-издательский, производственно-полиграфический и книгораспространительский центр РАН «Издательство «Наука», 2007. – С. 10-38. – EDN XSVRUP.

4 Петку, С. В. Предвзятость правосудия южных штатов США начала 20 века в романе «Убить пересмешника» / С. В. Петку // Право и правосудие в современном мире (к 100-летию Верховного Суда Российской Федерации): Сборник научных статей молодых исследователей X ежегодной всероссий-ской студенческой научно-практической конференции студентов, магистран-тов и соискателей с международным участием, Санкт-Петербург, 25–26 марта 2022 года / Под общей редакцией Я.Б. Жолобова, А.А. Дорской. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2022. – С. 633-637. – EDN YAPSYB.

5 Пис, Р. Правосудие и наказание: «Братья Карамазовы» / Р. Пис, Т. А. Касаткина // Роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»: современное состояние изучения / Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН. Том 2. – Москва : Академический научно-издательский, производственно-полиграфический и книгораспространительский центр РАН «Издательство «Наука», 2007. – С. 10-38. – EDN XSVRUP.

6 Копыловский, Г. Адвокатура и литература (Опыт профессионального прочтения) 2018 / Г. Копыловский // Вестник Федеральной палаты адвокатов РФ. – 2018. – № 3. – С. 96-110. – EDN YASBQT.

7 Петку, С. В. Предвзятость правосудия южных штатов США начала 20 века в романе «Убить пересмешника» / С. В. Петку // Право и правосудие в современном мире (к 100-летию Верховного Суда Российской Федерации) : Сборник научных статей молодых исследователей X ежегодной всероссий-ской студенческой научно-практической конференции студентов, магистран-тов и соискателей с международным участием, Санкт-Петербург, 25–26 марта 2022 года / Под общей редакцией Я.Б. Жолобова, А.А. Дорской. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2022. – С. 633-637. – EDN YAPSYB.

8 Денисова, А. В. § 9. Юридические нормы и нравственный закон в про-изведениях Ф.М. Достоевского / А. В. Денисова // Юридические формы пере-живания истории: практики и пределы. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2020. – С. 207-219. – EDN CKWVKD.

9 Бахтин, М. М. Проблемы поэтики Достоевского / М. М. Бахтин. — 4-е изд. — Москва : Советская Россия, 1979. — 320 с.

10 Пис, Р. Правосудие и наказание: «Братья Карамазовы» / Р. Пис, Т. А. Касаткина // Роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы»: современное состояние изучения / Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН. Том 2. – Москва : Академический научно-издательский, производственно-полиграфический и книгораспространительский центр РАН «Издательство «Наука», 2007. – С. 10-38. – EDN XSVRUP; Денисова, А. В. § 9. Юридические нормы и нравственный закон в произведениях Ф.М. Достоевского / А. В. Денисова // Юридические формы пере-живания истории: практики и пределы. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2020. – С. 207-219. – EDN CKWVKD.

11 Розанов, В. В. «Легенда о Великом инквизиторе» Ф. М. Достоевского / В. В. Розанов. — Москва : Юрайт, 2023. — 259 с.

12 Буланов, А. М. Статья Ивана Карамазова о церковно-общественном суде в идейно-художественной структуре последнего романа Ф. М. Достоевского / А. М. Буланов // Достоевский. Материалы и исследования. — Ленинград : Наука, 1991. — Т. 9. — С. 132–144.

13 Ветловская В. Е. Анализ эпического произведения. Проблемы поэтики. — СПб.: Наука, 2002.

14 Петку, С. В. Предвзятость правосудия южных штатов США начала 20 века в романе «Убить пересмешника» / С. В. Петку // Право и правосудие в современном мире (к 100-летию Верховного Суда Российской Федерации): Сборник научных статей молодых исследователей X ежегодной всероссий-ской студенческой научно-практической конференции студентов, магистран-тов и соискателей с международным участием, Санкт-Петербург, 25–26 марта 2022 года / Под общей редакцией Я.Б. Жолобова, А.А. Дорской. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2022. – С. 633-637. – EDN YAPSYB.

15 Петку, С. В. Предвзятость правосудия южных штатов США начала 20 века в романе «Убить пересмешника» / С. В. Петку // Право и правосудие в современном мире (к 100-летию Верховного Суда Российской Федерации): Сборник научных статей молодых исследователей X ежегодной всероссийской студенческой научно-практической конференции студентов, магистрантов и соискателей с международным участием, Санкт-Петербург, 25–26 марта 2022 года / Под общей редакцией Я.Б. Жолобова, А.А. Дорской. – Санкт-Петербург: Центр научно-информационных технологий «Астерион», 2022. – С. 633-637. – EDN YAPSYB.