Музыка блокадного Ленинграда: заочная экскурсия

IX Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

Музыка блокадного Ленинграда: заочная экскурсия

Пухтунов Н.А. 1
1МОУ СШ №105
Карнова Л.И. 1
1МОУ СШ №105
Автор работы награжден дипломом победителя I степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Санкт-Петербург... “Люблю тебя, Петра творенье,” - писал о нём великий русский поэт А.С.Пушкин. Стройность и пышность города, европейское великолепие “северной Венеции” до сих пор покоряет сердца туристов из многих стран. Сколько замечательных экскурсий проводится во второй столице России! Но мы сегодня хотим провести необычную экскурсию по улицам блокадного Ленинграда. Именно здесь было опровергнуто известное латинское выражение “Inter arma silent Musae” (“Когда говорят пушки, Музы молчат”) - ведь для ленинградцев самым страшным была бы именно потеря культуры.

...Мы идём по пустым улицам окружённого немцами города. Жителей почти не видно, кажется, что Ленинград умирает. Но это не так. Когда мы проходим мимо дома 41 на Набережной реки Фонтанки, начинает звучать музыка. Откуда она? Это в театре им. А.С.Пушкина (сегодня это ФГБУК Государственный Пушкинский театральный центр) репетирует Александр Каменский - композитор и пианист-виртуоз. В бомбоубежище этого театра он прожил почти всю блокаду. Однажды, по воспоминаниям музыканта, он давал концерт в Большом зале Ленинградской филармонии, в зале которой температура воздуха была минус три градуса. Зрители сидели в пальто и шапках, но на сцене пианист был во фраке, как будто и не было этого блокадного, пронизывающего холода. "Интересно, - вспоминал потом Александр Данилович, - что в течение всего концерта у меня были теплые руки". И музыка, звучавшая в те дни по радио и служившая утешением для жителей блокадного города, исполнялась по преимуществу им.

В блокаду Каменскому приходилось играть на самых разных роялях, на некоторых на клавишах отсутствовали костяные пластины, так что пианист, играя на них, мог занозить пальцы, но он ни разу не отказался от концертов.

-Сотрудники радио работали в ватниках и тёплых шапках, - вспоминает супруга пианиста. - Отогреть клавиши рояля было невозможно. Каменский грел руки над печуркой, затем сбрасывал пальто и садился к инструменту. В январе 1942-го порадио давали «Снегурочку» Чайковского. Под рояль - потому что оркестр уже не мог играть. Пробовали репетировать, но у духовиков не хватало сил держать дыхание. А вот хор звучал. Правда, артисты настолько ослабели, что не могли стоять, и ихтела поддерживали Т-образные деревяшки. Так они и пели, обвисая на этих «грабельках».

Мы идём дальше. Александрийский театр. Он находится на площади Островского, 6. Сюда свозили интеллигенцию из окрестныхзамерзающих домов, потому что здесь охранялось хоть какое-то тепло. Здесь жил и работал во время блокады Ленинграда гениальный композитор - Борис Владимирович Асафьев. В своём дневнике он писал о том, как ему в те страшные голодные дни помогала выживать музыка: «…Декабрь брал своё, а с ним и холод, голод, страшная тьма. Александрийский театр замерзал. Смертные случаи участились. А работать хотелось, как никогда… Лёжа во тьме, я пробовал устно сочинять музыку, применяя мои опыты слагания тем-интонаций в живые формы. Приходили тексты с фронта, рос спрос на песни, наконец, удалось найти среди знакомых и слушателей моих учеников. Творчество песен отвлекало от тяжких ощущений слабеющего организма» (декабрь 1941 г.). В январе 1942 года он пишет, что его других обитателей Александрийского театра) вывез ночью на санках в Институт театра и музыки директор института Алексей Иванович Маширов. И опять - дневниковая запись: “Сердце уже стало уходить, и вдруг в мозгу возникла музыка. Среди полного отсутствия различия, - живём ли мы днём или ночью, помню, я начал сочинять симфонию «смен времён года» вокруг быта русского крестьянства…”. Это помогало сохранить волю к жизни, а, возможно, и выжить - Борис Владимирович ушёл из жизни уже после войны, в 1949 году. И снова звучит музыка - фортепианные прелюдии Асафьева «Песни печали и слез». Это своеобразный музыкальный дневник. И мы представляем себе, как Борис Владимирович, лёжа в остывающей гримерной Александринского театра, слушает сводки Информбюро о том, что фашисты наступают на Москву, и пишет полные скорби мелодии...

Мы проходим мимо обычного дома номер 6 на Первой линии Васильевского острова.Это место, где умер советский композитор и пианист, музыка которого поддерживала жителей блокадного Ленинграда, - Борис Григорьевич Гольц. Ещё в начале войны он ушёл на фронт добровольцеми в 1941-1942 годах работал в творческой группе при Политуправлении Балтийского флота. В то время Борис Гольц был кумиром своего города. Его песня «Светит в небе звёздочка высоко» была, как бы мы сейчас сказали, настоящим хитом - её часто передавали по радио, а на почтовых открытках печатались еёноты. В марте 1942 года молодой композитор (ему было только 29 лет) умер от истощения, как и тысячи других ленинградцев, так и не получив свою награду за эту песню - продовольственный паёк, который был поистине бесценным призом. Борис Гольц практически до самой смерти своим творчеством старался поддержать жителей осажденного города.

В нашей экскурсии - всего три небольшие главы. Конечно, это только малая часть из истории блокадного искусства. Но даже по этим примерам мы можем судить о Великой силе Искусства, ведь, как говорил капитан Титаренко из известного фильма Л.Быкова “В бой идут одни “старики”, - “Всё преходяще, а музыка - вечна”. И я верю, что наше поколение не только не забудет о подвигах, совершённых во время Великой Отечественной войны, но и поможет в поиске неизвестных произведений, создававшихся в те далёкие годы.

Просмотров работы: 5