Владимир Истомин

IX Международный конкурс научно-исследовательских и творческих работ учащихся
Старт в науке

Владимир Истомин

Соломкина А.А. 1
1МОУ СОШ № 35
Соломкина С.А. 1Корнеева О.С. 1
1Муниципальное общеобразовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа №35»
Автор работы награжден дипломом победителя III степени
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Храбрость — талант, старанием его не освоишь.

Василь Быков

Доблесть не умирает с героем, а переживает его.

Еврипид

Защитники чести России и славы!

Ваш подвиг и древних героев затмил:

От вас получили четыре державы

Лишь груды развалин! Да груды могил!

Мы любим отчизну! Но вы нам явились

Примером высокой, священной любви!

Одиннадцать месяцев с лишком вы бились

Под адским огнем, утопая в крови!

П. Григорьев

Героическая летопись России содержит множество страниц. Много тяжелых, опасных и кровопролитных войн выпало на долю нашего государства. Его судьба зависела не только от мощи вооруженных сил и мужества солдат, но и от умения и таланта её полководцев: Суворова, Кутузова, Нахимова, Жукова, Истомина и других. Мы обязаны им не только знаменательными страницами нашей военной истории, но и тем престижем великой державы, который имеет Россия в наше время. В историю любой страны вписаны имена тех людей, которые были её вершителями. В России всегда были люди, жизнью своей, а часто и геройской гибелью, прославившие как свои фамилии, так и историю Отечества. Она проходила через их судьбы.9 февраля – день памяти героя, Георгиевского кавалера, Владимира Ивановича Истомина.

Жизнь и боевая служба российского контр-адмирала Владимира Истомина удостоились широкого внимания историков и оказалась теснейшим образом связана с важнейшими политическими событиями в жизни России конца XVIII века.

История знает имена людей, глубоко почитаемых народом своей страны и передовыми людьми других государств. Их жизнь, деятельность изучается, ставится в пример. Многим из них, как дань уважения и любви всенародной, воздвигаются памятники. О них пишут книги, воспоминания, документальные произведения. К таким относится Владимир Истомин, великий контр-адмирал второй половины XVIII века, контр-адмирал флота Российского, которому я посвящаю свою исследовательскую работу.

Цель: познакомиться с флотоводческим наследием контр-адмирала В. Истомина

Задачи:

- проанализировать вопрос: «В чем заключалось флотоводческое наследие контр-адмирала В. Истомина»;

- найти сведения о вкладе контр-адмирала в историю побед Российского флота;

- определить уровень и дать оценку значимости деяний адмирала;

- развивать познавательные способности;

- воспитывать историческую память у обучающихся на основе уважительного отношения к истории государства и памяти защитников Родины – В.И.Истомина; - формировать чувство патриотизма, гражданственности и ответственности;

- привить любовь к родной культуре.

Новизна: использование литературного произведения для эмоционального настроя к выдвинутой теме работы.

Предмет изучения: флотоводческое наследие контр-адмирала Истомина и оценка его деятельности на благо Отечества.

Объект изучения: историческая личность – контр-адмирал Владимир Истомин.

Методы исследования:

анализ необходимой литературы.

обработка материалов исторической и научной литературы.

сравнение полученных сведений на основе принципов историзма.

Значимость полученных материалов: С каждым годом все острее ощущается потребность знать не только общие процессы развития, закономерности поступательного движения человечества, но и личности исторических деятелей, их гражданский облик. Однако если только лишь умом воспринимать исторические факты, общественные фор­мации, процессы, они, конечно, интеллектуально обога­щают, но не приносят душев­ного волнения, а в иных случаях — и потрясения. Вот почему данная работа, насыщенная эмоциональной стороной изучаемого вопроса, станет ориентиром для широкой аудитории школьников.

Морская семья

Когда я приступила к изучению личности Владимира Истомина, в моей голове сразу же встал вопрос: « А могла бы судьба этого человека сложиться иначе?» Я часто спрашиваю себя, размышляя о судьбах великих полководцев: Суворова, Кутузова, Скобелева, Корнилова… И почти всегда отвечаю: «Нет». Вот и история жизни и великих свершений контр-адмирала Истомина не стала исключением… Обратимся к истории происхождения рода Томилиных.

По данным, собранным председателем Историко-Родословного Общества В. Думиным. (По некоторым сведениям – из дворян Псковской губернии, потомство дьяка Томилы Истомина). Согласно послужному списку, выходцы из мещанского сословия (может быть, из однодворцев). Письмо кн. (урождённой Истоминой): «Род наш старинный. В числе предков числили Пересвета, посланника преподобного Сергия Радонежского к Дмитрию Донскому. У прадеда Константина Ивановича был брат Андрей (плавал на «Иегудиле»), он потом был игуменом и в его монастыре. Сгорел весь семейный архив, так что помимо псковских документов, видимо, были только семейные предания». Думина : Сведения, по-видимому, не совсем точные, так как Андрей Иванович Истомин (брат Константина Ивановича) погиб при крушении «Ингерманланда» (в 1842 году), но, может быть, относятся к прадеду или кому-то из других членов семьи. Может быть, объединены сведения, относящиеся к двум различным лицам. В Санкт-Петербурге, в Государственной публичной библиотеке, хранятся портфели сенатора Матвея Григорьевича Спиридова – ХVIII в. В них рукописи: Российский родословный словарь, Российский родословный словарь «Сокращенные описания русских благородных дворян». F –IV – 61 1 – 15 рукописный отдел. Основное хранение.

По словам историка Алексея Юрьевича Плотникова, члена Историко-Родословного Общества, там имеется описание и рода Истоминых.) «Русские мореплаватели» Военное издательство Минобороны СССР, Москва 1953 г.

ВЛАДИМИР (ВЛАДИСЛАВ) ИВАНОВИЧ ИСТОМИН

р. 18.3.1809 г. (послужной список, «Историческая энциклопедия», т.6 с. 452) (по некоторым данным, р. 1811 г.) + 7.3.1855 г.

11.3.1823 г. кадет в Морском Корпусе.

31.5.1824 г. – произведен в гардемарины.

1827 г. – на корабле «Азов», совместно со старшим братом мичманом Константином Истоминым перешел из Кронштадта до Портсмута, а оттуда в Средиземное море. 8.10.1827 принял участие в Наваринском сражении, за отличие награжден знаком Военного ордена и произведен за отличие в мичманы. г. – на том же корабле крейсеровал в Архипелаге и принял участие в блокаде Дарданелл.

1830 г. – награжден орденом Св. Анны 3 ст.

1830 г. – на корабле «Азов» возвратился в Кронштадт.

г. – на корабле «Память Азова» в Балтийском море.

3.2.1833 г. – произведен в лейтенанты.

1835 г. – переведен на Черноморский флот. Плавал на корабле «Варшава».

1837 г. командир яхты «Резвая», затем парохода «Северная Звезда», на котором Государь и Государыня обошли черноморские порты. Награжден орденом Св. Владимира 4 ст. и двумя перстнями с бриллиантами от Их Величеств.

– командовал шхуною «Ласточка».

10.7.1840 г. – произведен в капитан-лейтенанты.

г. - командуя корветом «Андромаха», крейсеровал у Абхазских берегов.

1843 г. – награжден орденом Св. Станислава 2 ст.

22.5.1845 г. – назначен состоять при кавказском наместнике кн. .

1846 г. – награжден орденом Св. Анны 2 ст.

15.10.1847 г. – участвовал в деле с горцами при овладении укрепленного селения Салты., «за отличие» - произведен в капитаны 2 ранга со старшинством с 14.9.1847 г.

6.12.1849 г. – произведен в капитаны 1 ранга.

1г. – командуя 120-пушечным кораблем «Париж», крейсеровал у восточного берега Черного моря.

1852 г. –награжден орденом Св. Владимира 3 ст.

18.11.1853 г., командуя кораблем «Париж», принял участие в Синопском сражении. «За отличие» произведен в контр-адмиралы.

Во время Севастопольской обороны г. возглавлял оборону 4 участка (дистанции), включавшего в себя Малахов Курган, показал пример бесстрашия и выдержки. Был ранен, но не покинул боевого поста, был награжден орденом Св. Георгия 3 ст. Убит 7.3.1855 г. на Камчатском редуте. Похоронен в Севастополе в соборе Святого Равноапостольского

кн. Владимира.

Владимир Истомин, один из пяти братьев-моряков (всего в семье было, по разным данным, от семерых до десяти детей) родился в семье чиновника камерального суда Эстляндской губернии коллежского секретаря Ивана Андреевича Истомина. В "Формулярных списках о службе и достоинстве" Владимира Ивановича указано, что он происходил из потомственных дворян Эстляндской губернии. Судьбу братьев тесно связали море и военно-морской флот страны. Константин, Андрей, Владимир, Александр и Павел посвятили себя морскому делу, служению Отечеству и начинали все это на Балтике, а вот жизнь их сложилась по-разному и во многом даже трагически.

Павел, самый младший, прослужил на Балтийском море всю флотскую жизнь и ушел в отставку вице-адмиралом.

Самый старший, Константин, будучи капитан-лейтенантом, был переведен в 1839 году М.П.Лазаревым на Черноморский флот и прослужил там до 1852 года, а потом вернулся на Балтику главным командиром Кронштадского порта, дослужился до полного адмирала, став главой Адмиралтейств-совета и председателем главного военно-морского суда.

Владимир, отучившись, молодые годы на Балтике, участвует в походах Средиземноморской эскадры, а с 1835 года и до конца своих дней оставался на Черноморском флоте.

Андрей, будучи старшим офицером на корабле «Ингерманланд», погиб при крушении корабля во время шторма у берегов Норвегии.

Александр гардемарином погиб во время шторма в 1832 году. Из всех братьев Истоминых в живых остался только Константин, и от него продолжилась Истоминская линия.

Начало военной карьеры

Родился в 1809 году, происходил из дворянского рода Псковской губернии, детство провёл в Эстляндской губернии. Владимир Иванович Истомин родился в 1809 году в селе Липовке Мокшанского уезда Пензенской губернии (ныне в Лунинском районе Пензенской области) в дворянской семье. Его детство прошло в Эстляндии, где его отец, коллежский секретарь Иван Андреевич Истомин, был чиновником губернского камерального суда.

Получив дома начальное образование, в марте 1823 года В. И. Истомин поступил в Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге, который окончил в мае 1827 года гардемарином, так как «по недостижении законного числа лет не мог быть произведен в мичмана». Его назначили на линейный корабль «Азов» под начальство капитана 1-го ранга М. П. Лазарева. «Совершенствуя свое морское образование в серьезной военной обстановке, созданной продолжительными крейсерствами в Архипелаге и участием в блокаде Дарданелл. Время это Истомин использовал для знакомления с военно-морской историей, наукой и порядками службы на судах иностранных эскадр; все это поставило его с молодых лет в ряды образованнейших и опытных моряков нашего флота», – так писал в начале XX в. об этом периоде становления Истомина как офицера один из его биографов.

В 1827 году был выпущен в звании гардемарина. Получил назначение на линейный корабль «Азов», на котором в составе эскадры вице-адмирала Гейдена, совершил поход из Кронштадта в Портсмут, а затем к берегам Греции, где участвовал в Наваринском сражении 8 октября 1827 года, за отличие был награждён Знаком Отличия Военного ордена Святого Георгия и произведён в мичманы.

В 1827—1832 годах В. И. Истомин проходил службу на том же корабле, совершая плавание в Средиземном море, совершенствуя свое морское образование в серьёзной военной обстановке, созданной продолжительными крейсерствами в Архипелаге и участием в блокаде Дарданелл и высадке на Босфоре. В 1830 году был представлен к ордену Святой Анны 3-й степени.

В 1832 году Истомин был переведён на Балтийский флот на фрегат «Мария».

С 1835 года проходил службу на Чёрное море на различных кораблях: люгере «Глубокий», яхте «Резвая», линейных кораблях «Память Евстафия» и «Варшава».

В 1837 году был произведён в лейтенанты и назначен командиром парохода «Северная Звезда», на котором в том же году совершили плавание по портам Чёрного моря император Николай I с императрицей. Награждён орденом Святого Владимира 4-й степени и бриллиантовым перстнем.

В 1843 году В. И. Истомин был представлен к ордену Святого Станислава 2-й степени.

С 1845 по 1850 годы находился в распоряжении наместника на Кавказе князя Воронцова, принимая деятельное участие в совместных операциях армии и флота, направленных к покорению Кавказа. В 1846 году был награждён орденом Святой Анны 2-й степени, а в 1847 году за действия против горцев произведён в капитаны 2 ранга.

В 1849 году В. И. Истомин был произведён в капитаны 1 ранга, а с 1850 года был назначен командиром линейного корабля «Париж». В 1852 году был представлен к ордену Святого Владимира 3-й степени.

18 ноября 1853 года В. И. Истомин, командуя кораблём «Париж», отличился в Синопской битве; Нахимов отдал приказ поднять на своем адмиральском корабле сигнал «благодарности» ему, но все фалы были перебиты, так что исполнить приказание не было возможности. За это сражение Истомин был произведён в контр-адмиралы. В донесении императору адмирал П. С. Нахимов особенно отмечал действия линейного корабля «Париж» в Синопском бою.

В 1854 году, когда началась осада Севастополя, В. И. Истомин был назначен командиром 4-й оборонительной дистанции Малахова кургана, а затем занимал должность начальника штаба при вице-адмирале В. А. Корнилове. 20 ноября 1854 года Истомин был награждён орденом св. Георгия 3-й степени. Он был одним из деятельнейших и храбрейших участников в организации этой изумительной обороны. После смерти Корнилова он буквально ни на один день не покидал своих позиций; он и жил на Камчатском редуте, в землянке. Остановимся подробнее на самых значимых вехах карьеры контр-адмирала Истомина.

Военная карьера. Наваринская битва. Гардемарин Истомин

В 1823 году В. И. Истомин поступил на учебу в морской кадетский корпус, а в 1827 году закончил его. Морская профессия стала для него самым главным делом жизни.

Еще во времена императора Александра I (прав. 1810 -- 1825 гг.) греки начали войну с турками за свое освобождение. Европейские правительства, в том числе и русское, сочувствовали грекам и осуждали зверства турок, но находились под влиянием тенденций “Священного союза”. “Священный союз” был заключен в Париже в 1814 г. по инициативе российского императора Александра I между монархами практически всех европейских государств (не примкнули лишь турецкий султан и папа римский); основными его положениями были следующие: внести в политическую жизнь умиротворенной после наполеоновских войн Европы стабильность, взаимные обязательства постоянно пребывать в мире, оказывать друг другу помощь и поддержку.} долго не решались вступиться за мятежных греков против их правителя - турецкого султана. Император Николай I, вступая на престол, застал отношения России с Турцией очень недружелюбными, но все-таки он не видел необходимости воевать с турками. Он согласился лишь на то, чтобы совместно с Англией и Францией принять дипломатические меры против турецких зверств и постараться примирить султана с греками. И только к 1827 году стало ясно, что дипломатия здесь бессильна.

В состав эскадры под командованием контр-адмирала Гейдена, которая отправилась в Cредиземное море на помощь грекам в борьбе с турками, входили линейные семидесятичетырехпушечные корабли “Азов”, “Гангут”, “Александр Невский” и “Иезекииль” и четыре фрегата: “Константин”, “Елена”, “Проворный” и “Кастор”, а также корвет “Гремящий”. Они представляли собой внушительную силу.

Линейные семидесятичетырехпушечные корабли “Азов” и “Иезекииль” были построены в начале 1820-х годов на Архангельской верфи. “Азов” строился по плану и чертежам прославленного знаменитого инженера Курочкина. Чтобы закончить корабли как можно быстрее, в Архангельск командировали прославленного русского флотоводца Михаила Петровича Лазарева. Лазарев немало потрудился, вводя разные усовершенствования в конструкцию “Азова”. Он придавал особое значение боевой мощи корабля и наиболее удобной и рациональной планировке внутренних помещений. Таким образом, “Азов” стал наиболее совершенным по своим мореходным качествам, мощи и внутреннему устройству кораблем русского военного флота. Лазарев был очень доволен “Азовом”, командиром которого он был назначен. Очень тщательно он подбирал себе помощников из лично известных ему моряков. В числе их оказались прославленные впоследствии лейтенант П .С. Нахимов, мичман В. А. Корнилов и гардемарин В. И. Истомин. Все они в совершенстве усвоили школу Лазарева, его военно-морскую тактику.

Второго октября 1827 года русской эскадре удалось соединиться у греческих берегов (близ острова Занте) с англичанами и французами. Командование объединенным флотом трех держав принял на себя старший в чине командующий английской эскадрой адмирал Эдуард Кодрингтон, ученик знаменитого адмирала Нельсона. Общее число пушек в союзной эскадре достигало 1300. Турки сосредоточили в Наваринской бухте, вдающейся в западное побережье Мореи, громадный соединенный турецко-египетский флот в составе трех кораблей, двадцати трех фрегатов, двух корветов, пятнадцати бригов и восьми брандеров с общим количеством пушек до 2300. Кроме того, турки имели сильную артиллерию в Наваринской крепости и на острове Сфактерия.

Соединенные эскадры Англии, Франции и России заперли турецкий флот в Наваринской бухте. Восьмого октября 1827 года произошло знаменитое Наваринское сражение. Корабли союзников, не отвечая врагу, вошли в бухту, занимая назначенные позиции. Турки встретили противников обстрелом с берега и с кораблей. Сокрушительные залпы “Азова” послужили примером для остальных кораблей. От непрерывной канонады пороховой дым густым туманом застлал всю Наваринскую бухту. Артиллеристы-наводчики оказались в крайне тяжелом положении: видимость ослабела, прицел был затруднен. Чтобы еще более осложнить положение союзников и гуще окутать дымом бухту, турки сожгли свои транспортные корабли.

Звенит воздух от оглушительного хаоса звуков, шипят падающие в воду ядра. Море огня выбрасывается с обоих бортов. Более всего досталось “Азову”. Убедившись, что корень зла в нем, турки поставили себе целью уничтожить русского флагмана во что бы то ни стало. “Азову” пришлось драться одновременно с пятью наседающими на него турецкими кораблями. Положение его становилось все более тяжелым: борта его были изломаны, палуба залита кровью, разбросанные по всей палубе трупы убитых. От нескольких раскаленных ядер загорелся борт. Корабль имел множество подводных пробоин, через которые хлестала вода, весь бак разворочен. А тем временем внутри корабля десятки топоров работали над заделкой подводных пробоин.

“Азов” занимал центральное место в бою, но зато он и пострадал больше всех судов соединенной эскадры. Мачты у него были перебиты, а в корпусе насчитывалось 153 пробоины, среди них семь на уровне ватерлинии. Несмотря на тяжелые пробоины, корабль не только продолжал вести бой, но и топил неприятельские корабли.

Не ослабевая ни на минуту, продолжается сражение. В подпалубное помещение сносили убитых. Трупы забивали помещение почти до подволока. Когда окончился бой, их отпели и предали морскому погребению, то есть, привязав к ногам трупа балласт, сбросили в море.

Ровно в шесть часов дня на “Азове” пробили отбой. Сражение было выиграно. Врага постиг невиданный в истории флота при подобном соотношении сил разгром. Турецко-египетский флот, превосходивший флот союзников более чем в три раза, был уничтожен. Уцелело лишь восемь корветов, шестнадцать бригов и двадцать три транспортных судна. Было взорвано и пущено ко дну семьдесят боевых и восемь транспортных судов. Исходно турецкие корабли были вооружены 2106 орудиями, а численность личного состава достигала 21960 человек, из которых убито и утонуло свыше 8 тысяч. На русских судах выбыло из строя около трехсот человек.

“В честь достохвальных деяний начальников, мужества и неустрашимости офицеров и храбрых нижних чинов” израненный, обожженный “Азов” был удостоен высшей морской воинской награды - он получил кормовой Георгиевский флаг. Ни один парусный корабль российского флота до этого еще не получал его. Гардемарин Истомин, служивший на “Азове”, за доблесть в сражении был произведен в мичманы и награжден знаком отличия военного ордена. В течение последующих нескольких лет “Азов” принимал участие в операциях против турецкого флота в Средиземном море, в том числе и в блокаде Дарданелл.

После Наваринской битвы Турция стала готовиться к войне с Россией, которая началась в 1828 г. и закончилась решительной победой русских в 1829 г. был подписан Адрианопольский мир, согласно которому, помимо всех прочих условий, к России отходил левый берег нижнего Дуная и восточный берег Черного моря; Молдавия, Валахия и Сербия, ранее зависевшие от Турции, получали внутреннюю автономию; турецкое правительство давало свободу торговли русским в Турции и открывало свободный проход через Босфор и Дарданеллы кораблям всех дружественных государств; кроме того, турками была признана независимость греческих земель на юге Балканского полуострова (из этих земель в 1830 г. было образовано королевство Греция). Россия получила право вмешиваться во внутренние дела Турции. В 1833 г. турецкий султан даже прибег к помощи России во время восстания против него египетского паши. В благодарность за помощь и защиту султан заключил с Россией особый договор, согласно которому обязался запереть Босфор и Дарданеллы для военных судов всех иностранных держав.

Возрастание влияния России на Балканском полуострове, вмешательство ее в дела ослабевшей Турецкой империи и политика императора Николая I, который считал себя покровителем балканских славян и греков, начали сильно беспокоить европейские правительства. В 1840 г. в Лондоне была созвана общеевропейская конференция, которая установила протекторат над Турцией пяти держав: Англии, Франции, России, Австрии и Пруссии, после чего влияние России на Балканском полуострове стало быстро падать. Турция охотно уходила под влияние Англии и Франции.

Военная карьера. Синопское сражение

В 1832 году В. И. Истомин был переведен на Балтийский флот на фрегат “Мария”. Но три года спустя он вернулся на Черноморский флот. В 1834 году его наставник М. П. Лазарев был назначен главным командиром Черноморского флота и портов и перевел к себе выдающихся офицеров - Нахимова, Шестакова, Корнилова и других.

Все эти офицеры были его любимыми учениками, и они задавали тон остальным морякам. Таким образом, сложилась та блестящая школа черноморских моряков, которые так отличились впоследствии в многочисленных морских сражениях и во время знаменитой обороны Севастополя.

На Черном море Истомин плавал на различных кораблях: люгере “Глубокий”, яхтах “Резвая” и “Память Евстафия”, линейном корабле “Варшава”. В 1837 году Владимир Истомин был произведен в лейтенанты и назначен командиром парохода “Северная звезда”. Затем он командовал шхуной “Ласточка”, корветом “Андромаха” и фрегатом “Кагул”. В 1840 году он помогал капитану второго ранга Корнилову в операции высадки десанта при Туапсе. С 1845 по 1850 год В. И. Истомин находился в распоряжении российского наместника на Кавказе. С 1850 года Истомин в чине капитана первого ранга был назначен командиром стодвадцатипушечного линейного корабля “Париж” под флагом контр-адмирала Новосильского в составе эскадры вице-адмирала П. С. Нахимова.

Осенью 1853 года, вскоре после Венской конференции, Турция объявила войну России, а флоты Англии и Франции появились в Босфоре, как бы угрожая России. В начале ноября 1853 года турецкий флагман расположился в Синопской бухте, напротив Феодосийской бухты. Синопская бухта— прекрасная якорная стоянка, защищенная от северных ветров гористым полуостровом, имеющая значительный размер и глубину, снабженная молом и верфями, прикрытая береговыми батареями.

Русское командование понимало, какое важное стратегическое место занимает Синоп. Это был турецкий перевалочный пункт, транзитный порт, опорная база. Корнилов, фактически бывший командующим Черноморским флотом после смерти в 1851 году М. П. Лазарева, приказал двинуть туда корабли. Командовать операцией назначили Нахимова.

Нахимов в ожидании подкрепления с несколькими судами блокировал Синоп. Турецкое командование совершило большую ошибку, заключавшуюся в том, что при явном превосходстве в численности и вооружении не попыталось прорвать блокаду и нанести удар немногочисленному противнику. Когда к Нахимову пришла помощь, соотношение сил было следующим: пятьсот двадцать стволов, включая береговые батареи, у турков и семьсот двадцать стволов у русской эскадры; у Нахимова шесть с половиной тысяч людей против четырех с половиной тысяч турков.

18 ноября 1853 года произошло Синопское сражение. Двумя колоннами (левую вел на “Париже” Новосильский, правую - Нахимов) эскадра вошла в бухту. Тактика Нахимова заключалась в том, чтобы вести бой с максимально близкой дистанции. Русским кораблям была дана команда не открывать огонь до полного сближения с противником. Сражение началось в первой половине дня.

Корабль “Париж”, которым командовал капитан первого ранга В. И. Истомин под флагом контр-адмирала Новосильского при наступлении на неприятеля шел рядом с кораблем “Императрица Мария” и вслед за ним занял место по диспозиции. Открыв страшный огонь по турецкой батарее, по двадцатидвухпушечному корвету “Поло-Сефид” и по пятидесятишестипушечному фрегату “Дамиад”, он взорвал корвет. В то время мимо него дрейфовал адмиральский фрегат “Ауни-Аллах”. “Поразив его продольными выстрелами и отбросив на берег “Дамиад”, корабль “Париж” потравил цепь, вытянул шпринт и стал бить по двухполосному шестидесятичетырехпушечному фрегату “Низамие”. В два часа фок и бизань-мачты “Низамие” были сбиты, а фрегат сдрейфовало к берегу, где он вскоре загорелся. Тогда “Париж” открыл огонь по турецкой батарее.

Пользуясь численным перевесом и умелым командованием, русские суда громили турецкие. Цвет турецких фрегатов и корветов (семь фрегатов и три корвета), а также пароход на Синопском рейде были сожжены дотла. Последним и до последнего дрался “Диамад”. Неподвижный, лежащий на мели, придавленный другим, уже мертвым, фрегатом, пятидесятишестипушечный “Диамад” сопротивлялся, пока его не заставили умолкнуть стодвадцатипушечные “Париж” и “Три Святителя”. Городок Синоп был наполовину разрушен: береговые турецкие батареи (всего их было четыре) стояли прямо в городе. Победа стоила русским силам 37 убитых и 230 раненных. Многие офицеры получили повышения. Так, Владимир Истомин получил после Синопской битвы звание контр-адмирала.

После Синопской битвы английская и французская эскадры вышли из Босфора в Черное море, уже не скрывая, что намерены помогать туркам. Следствием этого был открытый разрыв России с Англией и Францией. Император Николай I (1825 -- 1855) увидал, что за Турцией стоят более грозные враги, и стал готовиться к защите на всех русских границах. К довершению зла, даже и те державы, которые не объявили прямой войны императору Николаю, именно Австрия и Пруссия, обнаруживали неблагоприятное для России настроение. Таким образом, Россия оказалась одна, без союзников, против могущественной коалиции, возбуждая к себе сочувствия ни европейских правительств, ни европейского общества.

К осени 1854 года главным театром военных действий оказался Крым и, в частности, Севастополь. В этом городе находилась главная стоянка российского черноморского флота; союзники рассчитывали, взяв Севастополь, уничтожить русский флот и все военно-морские силы России на Черном море. В сентябре 1854 года на западном берегу Крыма близ города Евпатория высадилось значительное количество французских, английских и турецких войск (более 60 тысяч), под прикрытием огромного флота (89 боевых кораблей и 300 транспортных судов).

Русские войска в Крыму насчитывали всего 33 тысячи солдат (под командованием князя Меншикова, а затем князя Горчакова). Перед высадкой союзников стоявший на севастопольском рейде флот состоял из четырнадцати кораблей, семи фрегатов, одного корвета и двух бригов, а кроме всех этих парусных судов было еще одиннадцать пароходов. Русский флот обладал хорошей артиллерией, которая оказала бы жестокое сопротивление всякому нападению на Севастополь с моря. Однако флот неприятеля включал много паровых судов и потому был совершеннее и сильнее русского, состоявшего в основном из парусных кораблей. Поэтому, ввиду явного перевеса неприятельских сил, русским судам нельзя было отважиться на бой в открытом море. Пришлось защищаться в Севастополе. Так началась знаменитая Крымская кампания.

В Севастополе было всего шестнадцать тысяч матросов и солдат - на каждого из них приходилось четыре неприятельских солдата. Кроме того, Севастополь был военно-морской, а не сухопутной крепостью. Тяжелые пушки его береговых батарей (всего насчитывалось тринадцать батарей, на которых находилось 611 орудий) смотрели в море, а со стороны суши город не был укреплен. На северной стороне была лишь выстроенная в свое время “тоненькая стенка в три обтесанных кирпичика», как ее ядовито называли моряки. Орудий, предназначенных защищать северную сторону, было всего 198, причем сколько-нибудь крупных было очень мало. На Малаховом кургане, в центре позиции, находилось всего пять орудий, все среднего калибра (восемнадцатифунтовые). Военные инженеры Тотлебен, Ползиков, Мельников спроектировали ряд земляных сооружений (бастионов и батарей), которые заменили собой сплошную крепостную стену. Эти бастионы были сооружены усилиями матросов и солдат, которым помогали жители города. В книге Е.В. Богдановича «18 ноября 1853 года» (1898 года издания) есть глава, посвященная Владимиру Ивановичу Истомину.

Военная карьера. Оборона Севастополя

Слова, сказанные Истоминым о Севастополе, вызывают у каждого из нас ощущение гордости за своё Отечество и за свой народ. Вчитайтесь в эти строки, сколько в них героизма и бесстрашия: «Смотреть будем за неприятелем в оба, встретим его, как подобает, а там же что Бог даст».

Оборона Севастополя была поручена морякам под командованием адмиралов Корнилова, Нахимова и Истомина. Они решили затопить несколько боевых кораблей при входе в Севастопольскую бухту, чтобы сделать невозможным вторжение в нее с моря. Из донесения Корнилова: “По приказанию его светлости князя Александра Сергеевича Меньшикова, корабли: “Три святителя”, “Уриил”, “Селафил”, “Варна”, “Силистрия” и фрегаты: “Флора” и “Сизополь” затоплены в здешнем фарватере. Потопление судов началось на рассвете одиннадцатого сентября.

Пушки и прочее вооружение с кораблей были перенесены на береговые укрепления. Русские моряки топили свои суда с тяжелым сердцем, они понимали, что это вынужденная мера. Они старались делать это медленно, чтобы иметь возможность в любой момент остановить затопление кораблей, если появится хотя бы небольшая надежда, что русская армия на суше отбросит неприятеля от Севастополя. Однако главнокомандующий князь Меньшиков (не имевший даже военного образования), с первых же дней считавший оборону Севастополя безнадежной, командовал немногочисленной русской армией, которая к тому же была плохо подготовлена к войне: у наших солдат были гладкоствольные ружья старого образца, из которых наверняка можно было попасть в цель с расстояния не более ста двадцати метров, тогда как войска союзников были вооружены нарезным оружием, стрелявшим в пять—шесть раз дальше так, что союзники продолжали наступать, а российская армия терпела поражение за поражением и отступала все дальше от Севастополя. В городе был оставлен совсем слабый гарнизон (восемь резервных батальонов и небольшое количество матросов).

Однако важно было не только укрепить город, но и поддержать в его защитниках волю к победе. Обращаясь к матросам и солдатам, адмирал Корнилов говорил: “На нас лежит честь защиты Севастополя, защиты родного нам флота. Будем драться до последнего! Если кто из начальников прикажет бить отбой, заколите такого начальника... Если б я приказал ударить отбой, не слушайте, и тот подлец будет, кто не убьет меня”. В отличие от главнокомандующего князя Меншикова или тогдашнего военного министра князя Долгорукого, Корнилов, Нахимов, Истомин, Тотлебен считали оборону Севастополя делом личной чести. Среди солдат и матросов они пользовались большой любовью и уважением. Деятельность этих замечательных людей после ухода от Севастополя Меньшикова с армией была самой активной. Неизвестно, когда они ели и спали. Их можно было видеть повсюду - на строительстве укреплений, на бастионах, в лазаретах, в солдатских казармах (Истомин, в частности, возглавлял комиссию, проверявшую, в каких условиях живут матросы и привлеченные для строительства укреплений люди). Работать им приходилось в чрезвычайно тяжелых условиях. Не хватало самого необходимого, даже лопат для рытья окопов.

Седьмого сентября 1854 года высшую власть по обороне города было решено (не по приказу главнокомандующего Меншикова, бросившего Севастополь на произвол судьбы, а самими адмиралами) вручить генерал-адъютанту В. А. Корнилову, который назначил П. С. Нахимова главноначальствующим над флотом и морскими батальонами в случае своего отсутствия в Севастополе, а на случай тревоги на Северной стороне командующим назначался контр-адмирал Истомин.

Неприятель начал наступление, осажденный Севастополь отчаянно защищался. На бомбардировку неприятеля русские отвечали такой же бомбардировкой из сотен орудий.

Подойдя к Севастополю, неприятель начал усиленно обстреливать город и укрепления, чтобы потом броситься на штурм. Но севастопольские артиллеристы отвечали метким огнем из сотен орудий и наносили противнику такой урон, что он не отважился штурмовать бастионы. Первое испытание было выдержано с честью. Правда, радость севастопольцев была омрачена гибелью адмирала Корнилова. Он был смертельно ранен 5 октября 1854 года, когда верхом объезжал бастионы Малахова кургана. Истомин, командовавший там и сам весь день находившийся под страшным огнем, просил Корнилова не приезжать к нему на бастион, но тот не послушался.

Штурмы отбивались с отчаянным мужеством. Направив свои силы против самого южного (“четвертого”) бастиона, неприятель не имел никакого успеха; тогда союзники перенесли свои атаки на восточную часть укреплений, на Малахов курган. Осада Севастополя продолжалась 350 дней. Город был сильно разрушен бомбардировками.

Русским не удавалось стянуть к Севастополю большие силы и выбить неприятеля из его укрепленного лагеря. Но гарнизон Севастополя не падал духом. Император Николай за мужество и стойкость приказал считать каждый месяц службы в Севастополе за год. Из шестнадцати тысяч моряков, бывших в Севастополе в начале осады, осталось в живых всего восемьсот человек. Силы защитников Севастополя таяли. Каждый день вражеский огонь выводил из строя до 1000 человек. С начала обороны Севастополя в 1854 году контр-адмирал Истомин командовал четвертой оборонительной дистанцией Малахова кургана (Корниловский бастион) - одним из самых сильных укрепленных пунктов. "Дистанция велика, стоит 105 пушек, - писал Истомин брату, - и мне пришлось быть и артиллеристом, и инженером, и начальником войск". С первой бомбардировки Севастополя 5 октября 1854 и до дня своей смерти Истомин ни на день не покинул бастион. При отражении вражеских штурмов он проявлял мужество и героизм, находился в самых опасных местах и своим примером воодушевлял солдат и матросов на выполнение воинского долга. Истомин каждый день подвергался смертельной опасности. В период боев он получил ранение и контузию, но не оставлял своих подчиненных. Владимир Иванович не боялся смерти и шутил, что "давно уже выписал себя в расход и ныне живет на счет англичан и французов" . Как человек верующий, он стал фаталистом. Гренадеры Бутырского полка, дольше других находившиеся под его командой на Малаховом кургане, говорили: "Наш адмирал как будто о семи головах, в самый кипяток так и лезет". В свою очередь Истомин и сам восхищался героизмом своих подчиненных, в одном из писем к брату он писал: "Просто не могу надивиться на наших матросов, солдат и офицеров. Такого самоотвержения, такой геройской стойкости пусть ищут в других нациях со свечой! ...И замечательно, что, где не придется солдату нашему сойтись с англичанином лицом к лицу, он его тащит за шиворот в плен, чем видимо отличается превосходство нашей славянской расы пред этими краснокафтанниками". Он выдерживал ураганный огонь и неоднократные штурмы противника. Малахов курган являлся ключом к Севастополю, его необходимо было удерживать во что бы то ни стало, так как с высоты кургана враг мог бы видеть весь город, легко мог бы войти в него и с тыла взять все остальные его укрепления. Несмотря на то, что адмирал был ранен и контужен, он продолжал руководить боями. За отвагу и самоотверженность, проявленые при обороне Малахова кургана, В. И. Истомин был награжден орденом Святого Георгия третьей степени.

За несколько дней до смерти, предчувствуя свою гибель, контр-адмирал завещал матери и двум сестрам, которым он был единственной опорой в жизни, в случае своей смерти обратиться за помощью к царю. После гибели Владимира Ивановича Истомина, по повелению генерал-адмирала великого князя Константина Николаевича, его восьмидесятилетней матери и двум сестрам была назначена пенсия в 860 руб. в год.

7 марта 1855 года, когда адмирал Истомин возвращался со вновь воздвигнутого напротив Корниловского бастиона Камчатского люнета к себе на курган, неприятельским ядром ему оторвало голову. П. С. Нахимов, считавший эту потерю, как и потерю Корнилова, незаменимой, приказал означить то место на бастионах, где был убит Истомин. Высоко оценивая ту роль, которую Истомин играл при обороне Севастополя, Нахимов уступил ему место в склепе Владимирского собора в Севастополе радом со священными для российского флота прахами адмиралов М. П. Лазарева и В. А. Корнилова, которое он берег для себя.

«Контр-адмирал Истомин убит неприятельским ядром на вновь воздвигнутом Камчатском люнете. Хладнокровная обдуманность при неутомимой деятельности и отеческом попечении, соединенная с блистательной храбростью и благородным возвышенным характером, - вот черты, отличавшие покойного. Вот новая жертва, принесенная искуплению Севастополя. Качества эти, взлелеянные в нем бессмертным нашим учителем адмиралом Лазаревым, доставили ему особенное исключительное доверие и падшего героя Севастополя вице-адмирала Корнилова. Духовная связь этих трех лиц дала нам смелость, не ожидая вашего разрешения, действовать по единодушному желанию всех нас, товарищей и подчиненных убитого адмирала: обезглавленный прах его удостоен чести помещения в одном склепе с ними. Принимая живое, горячее участие во всем, касающемся Черноморского флота, и зная лично Истомина, вы поверите скорби, удручающей Севастополь с минуты его смерти, и разрешите согласием это распоряжение.

По единодушному желанию всех нас, бывших его сослуживцев, мы погребли тело его в почетной и священной могиле для черноморских моряков, в том склепе, где лежит прах незабвенного адмирала Михаила Петровича и первая, вместе высокая жертва защиты Севастополя, покойный Владимир Алексеевич. Я берег это место для себя, но решился уступить ему. Извещая вас, любезный друг, об этом горестном для всех нас событии, я надеюсь, что вам будет отрадною мыслью знать наше участие и любовь к покойному Владимиру Ивановичу, который жил и умер завидною смертью героя. Три праха в склепе Владимирского собора будут служить святынею для всех настоящих и будущих моряков Черноморского флота. Посылаю вам кусок георгиевской ленты, бывшей на шее у покойного в день смерти, самый же крест разбит на мелкие части. Подробный отчет о его деньгах и вещах я не замедлю переслать к вам. Прощайте и не забывайте преданного и уважающего друга»,- писал Нахимов брату героя.

Чиновник для особых поручений при Морском министерстве Б.П.Мансуров сообщал в С.-Петербург из Севастополя 8 марта 1855 г.: "К несчастью, я должен начать мое донесение печальным происшествием, вероятно известным уже в С.-Петербурге - достославной кончиной контр-адмирала Истомина. В кипящей жизни Севастополя давно уже привыкли к мысли о том, что многим еще суждено положить голову за Государя и Отечество; незадолго перед смертью, покойный адмирал лично говорил мне в этом смысле, и как будто предчувствуя, что он будет непосредственным последователем Корнилова, шутя прибавил, что "он давно уже выписал себя в расход и ныне живет на счет англичан и французов"... Можно бы удивляться силе впечатления, произведенного смертью В.И.Истомина, если бы не было известно, до какой степени все уважали его личные качества и военные достоинства; на него возлагали большие надежды, и все считали бастион Корнилова, или Малахов курган, неприступным, потому что с Истоминым шаг назад был невозможен. Сегодня отпевали покойного адмирала в Михайловской церкви, возле адмиралтейства; совершенно обезглавленное тело умершего героя лежало в гробу посреди церкви, покрытое кормовым флагом с корабля "Париж", который он столь славно водил против врагов Отечества в Синопском сражении; 35-й флотский экипаж, т.е. семейство покойного, был выстроен на площади около церкви и в последний раз приветствовал своего любимого и уважаемого начальника. Общее сочувствие к новому, постигшему Черноморский флот горю, выразилось в многочисленном стечении народа, до того толпившегося около церкви, что трудно было в нее войти; - не нужно и говорить, что все начальствующие, все подчиненные и все те, которые могли сойти со своего поста, сочли обязанностью отдать последний долг новому товарищу Лазарева и Корнилова. Я стоял вблизи за П.С.Нахимовым; невозможно было спокойно видеть слезы этого воина, имя которого так грозно разразилось над врагами. Вся толпа, молившаяся за упокой души павшего героя, сопровождала его до последней его обители.»

В июле 1855 г. пал на бастионе адмирал Нахимов, душа Севастопольской обороны.

27 августа 1855 г. союзники начали общий штурм Севастополя. Им удалось овладеть Малаховым курганом, после чего главнокомандующий князь Горчаков, назначенный вместо Меньшикова, отдал приказ взорвать уцелевшие укрепления и оставить Севастополь. Противнику достались дымящиеся развалины города. Так закончилась героическая оборона Севастополя во время Крымской войны 1853 -1855 гг.

Никто не забыт…

Время героев, обычно ты кажешься прошлым:

Главные битвы приходят из книг и кино,

Главные даты отлиты в газетные строки,

Главные судьбы историей стали давно.

Время героев, по самому высшему праву,

Ты подарило далеким и близким годам

Доблесть, и славу, и долгую добрую память.

Время героев, а что ты оставило нам?

Ты нам оставило ясное небо Отчизны,

Дом, и дорогу, и ласковый хлеб на столе,

Ты нам оставило самое главное в жизни —

Радость работы на мирной, счастливой земле.

В 1992 году Севастополь торжественно перезахоронил останки четырех выдающихся русских моряков в соборе, наименованном Владимирский собор — усыпальница адмиралов, а еще Адмиральским. 29 февраля 1992 года потомки Истоминых приняли участие в перезахоронении останков адмиралов после кощунства, совершенного в 30-х годах ХХ века, когда могила во Владимирском соборе была превращена в свалку. Весь город вышел отдать долг памяти русским героям. Гробы с их прахом были установлены на Малаховом кургане, затем их перевезли на боевой корабль Черноморского флота и он совершил обход всех кораблей, стоящих в Севастопольской бухте. Гремел прощальный орудийный салют. Моряки, выстроившиеся на палубах, преклонив колена и держа в руках бескозырки, провожали священные останки. От Графской пристани до Владимирского собора гробы, покрытые Андреевскими флагами, везли на лафетах в сопровождении огромной толпы горожан. В церемонии участвовали командующий ЧФ адмирал флота И. Касатонов и епископ Симферопольский и Крымский Василий, который провел в соборе божественную литургию. Гробы были опущены на старое место в склеп… Именем замечательного русского адмирала Владимира Ивановича Истомина названа бухта у полуострова Корея в Японском море.

Почтовые марки

Почтовая марка СССР из серии «Адмиралы России», посвящённая В. И. Истомину, 1989, 10 копеек (ЦФА 6158, Скотт 5850b)

Россия (2009): почтовая марка к 200-летию со дня рождения Владимира Ивановича Истомина  (ЦФА (ИТЦ «Марка») #1373)

Именем В. И. Истомина назван пятый сторожевой корабль проекта 11356, заложенный для ВМФ Российской Федерации.

С начала ХХ века его имя носит одна из улиц Севастополя у Малахова кургана.

В 1905 году на месте гибели установлено памятное обозначение в виде обелиска с изображением Георгиевского креста.

Чашу Севастопольского стадиона окружают трибуны с именами великих флотоводцев России. Одна из них – Южная – названа в честь Владимира Ивановича Истомина.

…Стремительно мчится время. Обращение к героическому прошлому нашей Родины, к памяти, к воинским традициям, к славной истории– святой долг каждого гражданина.

Но хочется верить, что наша армия будет все также крепка, сильна и непобедима, несмотря на то, что сегодня она переживает непростое, сложное время. В любом случае, у нас есть такие герои, на которых нужно равняться… Имя контр-адмирала Владимира Истомина – во главе списка.. Ибо никто не забыт…

Список использованных источников:

Морской энциклопедический словарь / Дмитриев В.В.. — Санкт-Петербург: Судостроение, 1993. — Т. 1. — С. 498. — 503 с. — ISBN 5-7355-0281-6

Доценко В.Д. Морской биографический словарь / Касатонов И.В.. — Санкт-Петербург: LOGOS, 1995. — С. 185. — 495 с. — ISBN 5-87288-095-2

Военная энциклопедия / Под ред. В. Ф. Новицкого и др. — СПб.: т-во И. В. Сытина, 1911—1915. — Т. 11.

Русский биографический словарь: В 25 т. / под наблюдением А. А. Половцова. 1896-1918.

Тарле Е. В. Крымская война. Т. 1—2.

Акт о глумлении англо-французских захватчиков над могилами русских адмиралов М. П. Лазарева, В. А. Корнилова, П. С. Нахимова, В. И. Истомина 1858 год. 23 апреля (11 апреля ст.ст.)

Журнал военных действий в Крыму, сентябрь-декабрь 1854 года / сост. А.В. Ефимов. - Симферополь: АнтиквА, 2010. - 192 с.: ил, карты, портр. - (Архив Крымской войны 1853-1856). 500 экз.

http://www.sevmb.com/departments/subscription/bookhistory/p_1_at235_id976/

http://penzahroniki.ru/index.php/publikatsii/108-tyustin-a-v/1128-geroj-sevastopolskoj-oborony

11

Просмотров работы: 139